Тьма после рассвета

— Я ему свой домашний номер оставил, он вас найдет, если что.

— Связь с Москвой из поселка прямая?

— Куда там! — махнул рукой Синицын. — Только с Дмитровом. В Москву отсюда можно по ВЧ звонить, все-таки милиция, спецсвязь налажена, а так — заказывать по межгороду и ждать, когда ­дадут.

— Понятно. Поел бы я твоих голубцов, Гена, но не судьба. Придется здесь сидеть. Значит, так: Кваскова в камеру, только не вместе с Хвощевым.

— Само собой, — чуть обиженно проговорил Геннадий."

"Виктор вдруг спохватился: а позвонил ли Разин следователю перед тем, как присоединиться к поисковой группе? В тот момент Гордеев почему-то вообще не подумал о том, что разговор нужно заказывать и ждать, пока соединят.

Привык к столичным условиям: снял трубку, набрал номер — и готово дело. Вроде и на месте не сидит, работа такая, что приходится разъезжать по всей области, а порой и за ее пределы, должен был бы усвоить, что автоматические телефонные станции построены и введены в строй далеко не всюду. Промашка вышла… Елки-палки, как хочется выпить! А лучше — напиться. От души, в хлам. В грязь. Чтобы забыть о съехавшем с катушек Хвоще, который обезумел от огромных денег и от невозможности купить на них хоть сколько-нибудь удовольствий и роскоши. О Хвоще, который собрался изнасиловать двенадцатилетнюю девочку. Об Алле Муляр, перепуганной насмерть, раздетой и в одиночку пробирающейся в холод и дождь по лесу. О Сереже Смелянском, которого выбросили из машины и который теперь бродит или отсиживается неизвестно где, если вообще еще жив. О следователе Ольге Ермашовой, которой приказали нарушить закон, чтобы угодить КГБ. И о самом КГБ тоже хорошо бы забыть.

Оказалось, Коля Разин поручение выполнил.

— Он звонил по ВЧ в свою дежурную часть и просил связаться со следователем, — сообщил Синицын. — Что-то передать насчет возбуждения дела.

— Ну и хорошо. Где у вас наливают?

— Можно прямо здесь, у меня в кабинете.

— У тебя и кабинет свой есть? — добродушно усмехнулся Гордеев.

 — Красиво живете.

— Ну, не совсем у меня, — отчего-то смутился Геннадий. — Это кабинет старшего участкового, если по правилам, а у меня три опорных пункта по всему поселку разбросаны, я там провожу прием населения. Но старшего у нас сейчас нет, вакансия свободна, а я кабинетом пользуюсь. Здесь удобно, самый центр поселка, до любого места близко.

— И где же твое незаконное гнездо?

— На первом этаже, сразу за дежуркой.