Тьма после рассвета
Ноябрь 1982 года. Годовщина свадьбы супругов Смелянских омрачена смертью Леонида Брежнева. Новый генсек — большой стресс для людей, которым есть что терять. А Смелянские и их гости как раз из таких — настоящая номенклатурная элита. Но это еще не самое страшное. Вечером их тринадцатилетний сын Сережа и дочь подруги Алена ушли в кинотеатр и не вернулись… После звонка «с самого верха» к поискам пропавших детей подключают майора милиции Виктора Гордеева. От быстрого и, главное, положительного результата зависит его перевод на должность замначальника «убойного» отдела. Но какие тут могут быть гарантии? А если они уже мертвы? Тем более в стране орудует маньяк, убивающий подростков 13–16 лет. И друг Гордеева — сотрудник уголовного розыска Леонид Череменин — предполагает худшее. Впрочем, у его приемной дочери — недавней выпускницы юрфака МГУ Насти Каменской — иное мнение: пропавшие дети не вписываются в почерк серийного убийцы. Опера начинают отрабатывать все возможные версии. А потом к расследованию подключаются сотрудники КГБ…
Знаете, что такое сыщицкая удача? Это когда то, что ты ищешь, находится не в самом последнем пункте списка, а хотя бы в предпоследнем. А уж если оно находится сразу, в первом же пункте, с первой попытки, то это считается чудом, которое за все годы службы выпадает сыщику только один раз.
— А если начинать сразу с конца списка? — робко предложила Тоня."
"— Пробовали, — махнул рукой Николай. — Не помогает. Есть законы природы, против которых не попрешь.
Тоня Сергунина была оптимисткой и в чудеса, в отличие от старшего лейтенанта Разина, верила. Она нутром чуяла, что потерявшегося мальчика они найдут сразу же. Однако нутро надежд не оправдало, и поиски действительно оказались долгими и муторными. Как и предсказывал Николай.
***
Первый же участковый, к которому они приехали, и не думал, как выяснилось, их ждать, хотя из райотдела поступила команда всем прибыть на свои опорные пункты для оказания помощи уголовному розыску. Пришлось потратить время на ожидание и поиски. Могли бы и не ждать: этот участковый почти ничего не знал о людях, проживающих на его территории. Журнал учета домовладений заполнен кое-как и явно давно не обновлялся, сам участковый работал здесь меньше трех месяцев и ситуацией владел крайне плохо, даже не знал точно, сколько на его участке проживает психически больных людей, и уж тем более не смог дать достоверную информацию о составе их семей и количестве совместно проживающих лиц.
— Значит, явочным порядком, — вздохнул Разин, а про себя подумал, что было бы неплохо, если бы оказалось, что Гордеев не прав и Сережа Смелянский отсиживается не у одинокого инвалида, а у проживающего с кем-то из родственников. Или вообще не у неработающего инвалида, а у работающего и вполне здорового человека с семьей. Как ни ерепенился старший лейтенант, но не мог не признать, что такой паренек, как Сергей, обязательно должен был засветиться, если бы остался на улице. С этим не поспоришь, Гордеев правильно говорит. А вот все остальные его догадки насчет одинокого неработающего инвалида по психзаболеванию вполне возможно опровергнуть, и было бы просто замечательно, если бы этот напыщенный индюк ткнулся мордой в дерьмо. Такие силы задействовал, столько времени потратил — и все впустую! Следак, этот старый хрен, сделал вид, что псих инвалид — его собственная идея, и Коля даже поначалу поверил, но когда Гордеев собрал всех оперов и начал раздавать задания, стало понятно, что весь план у него давно готов и продуман до мелочей. Служба ГАИ высматривает «Москвич» с известными номерами, сержантский состав прочесывает лесные массивы на обозначенной территории, оперативники проверяют одиноких инвалидов. Всем сестрам по серьгам.

















