Крылья за моей спиной

Настя удивилась той обиде, что прозвучала в его словах. Взглянула мужу в лицо.

— Да. Да! Здесь была моя жизнь, вся жизнь. У меня ничего не осталось! А ты был дома, там, где твои родители и друзья. Даже Даша никуда не делась. А я в Москве задыхалась, мне там тесно было. Я могла думать только том, что ты появился и перевернул мою жизнь с ног на голову. И сделал это так, походя, потому что я тебе не нужна была в Москве, и ребёнок тебе был не нужен.

Маркелов поморщился."

"— Не люблю, когда ты это говоришь.

— Но тогда это и было правдой, и нашей жизнью. — Настя повернулась, поджала под себя ноги, в Серёжкин профиль вгляделась. — Но ведь потом всё изменилось. Почему ты этого не заметил?

— Я заметил.

— Тогда почему? — Это был очень важный вопрос, тот самый, ответ на который мог объяснить всё: все мучения, проблемы, страдания.

Он голову повернул, и они встретились глазами. Сергей в сердцах всплеснул руками.

— Потому что я тоже человек! Потому что мне казалось, что я лучше всех всё понимаю, и имею право на обиду!

Настя головой покачала.

— Это не то, что я хотела услышать.

— А что ты хотела? Чтобы я сказал, что устал ругаться, ждать, когда ты успокоишься, что хотелось схватить тебя и встряхнуть хорошенько, чтобы вытряхнуть все воспоминания и мысли о другом?

— Нельзя вытряхнуть воспоминания.

— А жить с этим можно?! Я с ума по тебе сходил, Насть. И каждый твой пустой взгляд, устремлённый в прошлое, меня до бешенства доводил! Я хотел, чтобы рядом со мной была моя жена, именно моя… Я просил тебя начать всё сначала, я хотел… А ты мне сказала: не люблю. — Он снова руками развёл, и повторил: — Не люблю!

Она рукой лицо прикрыла, закрываясь от его вспышки раздражения.

— А ты тогда любил?

Сергей упрямо вскинул подбородок.

— Да.

Настя не на шутку заинтересовалась этим заявлением, посмотрела ему в лицо.

— Любил? Или хотел, чтобы я тебя любила?

— А какая разница?

— Очень большая. Ты все эти годы хотел, чтобы я тебя любила. Ты ничего мне никогда не говорил, ты не отвечал на мои слова, но я всегда видела, как ты доволен, когда я признаюсь в этом. Это почти слабость, то, что я тебя люблю. А ты просто принимаешь это.

— Просто принимаю? — Маркелов раздражённо выдохнул и руку, что на подлокотнике лежала, в кулак сжал. — Разве я ничего не делаю? Я всё для вас с Викой делаю. Для тебя я делаю всё. Что бы ты ни попросила, что бы ни захотела. Лишь бы улыбалась, лишь бы дома был покой!..

— Да, — с готовностью кивнула Настя, — чтобы дома был покой! Чтобы ты пришёл, и тебе было спокойно! И чтобы я не спрашивала, откуда ты пришёл! Ведь если я улыбаюсь, то и спрашивать тебя побоюсь, чтобы всё, не дай бог, не испортить!

— Настя. — В его голосе промелькнули укоряющие нотки, и тогда она вскочила с дивана.

— Скажи, что я не права!

— Я не изменял тебе. Очень долго.