Куда заводит страсть

– Я сделал все для тебя, мой мальчик, а ты так подводишь меня. Скажи, когда ты собираешься жениться? Когда я наконец увижу наследника?

– Наследника, – устало повторил Рэнд. – Полагаю тогда, когда встречу женщину, с которой решусь соединить свою жизнь.

– Боже милосердный, да вокруг сотни вполне достойных девушек! Ты вообще когда-нибудь смотрел на женщин серьезно?

– Не помню…

– Неужели я пропустил дискуссию о романтических похождениях нашего Рэнда? Это было бы очень кстати в такой отвратительно скучный день, – раздался вальяжный голос, и в комнату неторопливо вошел Коллин. На нем были роскошный пурпурный плащ, белый жилет и светлые брюки. Волосы тщательно причесаны."

"Их разделяло всего два года, однако трудно было найти хоть какое-то сходство между братьями. По общему признанию, младший – Коллин – наследовал лучшие физические качества своих родителей: правильные черты лица, зеленые глаза, нежную кожу и великолепное сложение. Он был среднего роста, но благодаря элегантной походке казался выше. Приятели с завистью говорили о расточительности природы в отношении Коллина Беркли.

Рэнд же в сравнении с братом выглядел грубее и проще: светло-карие глаза, странная смуглость кожи, темные волосы. Высокий, худой, однако достаточно крепкий и сильный, он был создан для физического труда, что, естественно, не могло пригодиться аристократу, Братья обменялись взглядами.

– В чем дело? – улыбнулся Коллин.

– Ему необходимо жениться, – ответил граф. – А тебе надо было родиться девчонкой, – неодобрительно добавил он. – Ты слишком изнежен, чтобы быть моим внуком.

– Это привилегия аристократов – быть изысканными, – сказал Коллин, ничуть не обидевшись. – А если тебе так хочется поговорить о чьей-нибудь внешности, то посмотри на Рэнда: волосы слишком коротки, речь – как у простого крестьянина, и я уж не говорю о его цыганском загаре.

– По крайней мере я не ношу корсетов, – усмехнулся Рэнд. Коллин холодно посмотрел на него. Между братьями не было особой любви, может, потому, что, будучи почти ровесниками, в детстве они отчаянно дрались. И все же Рэнд чувствовал необъяснимую привязанность к брату, который, по сути, был безобидным, хотя и слишком избалованным существом. Он снисходительно относился к его шуткам и колкостям, они не задевали его.

– Что-нибудь случилось? – спросил Коллин.

– Я собираюсь во Францию, уладить кое-какие дела.

– Вот как, – нахмурился Коллин, а затем расхохотался. – Подумать только, как интересно! Ну что ж, счастливого пути. – Он подошел к столу и налил себе бренди. – А что же такое ты собираешься там улаживать?

Граф молча протянул ему газету, и тот мельком взглянул на статью, продолжая разговаривать с Рэндом.