Куликовская битва

Едва она выпрямилась, у Настасьи невольно вырвался из груди изумленный радостный вскрик. Это была Лейла!

Девушки бросились друг к другу в объятия.

– Почему ты здесь? – удивилась Настасья. – Разве хан тоже находится с войском?

– Мухаммед-Булак убит, – с грустью на лице ответила персиянка. – Это случилось еще в июне. Во дворце появился сын Мамая Салджидай с отрядом воинов. Хан находился в купальне, люди Салджидая утопили его в бассейне. Улусным эмирам было объявлено, что Мухаммед-Булак организовал новый заговор против Мамая, за что и поплатился жизнью. Меня и Галиму сын Мамая взял себе. Гарем Салджидая следует за войском в обозе, вот почему я здесь.

– Кто же теперь хан в Орде? – спросила Настасья.

– Пока ханский трон пустует, – сказала Лейла, – но ходит слух, что Мамай после похода на Русь намерен сам стать ханом. Во всяком случае, всех жен Мухаммеда-Булака Мамай взял в свой гарем. Кстати, Джамиля и Манана тоже угодили в наложницы к Мамаю. Я частенько их вижу, ведь шатры Мамаевых наложниц стоят рядом с шатрами рабынь его сына Салджидая.

– Что за человек Салджидай? – поинтересовалась Настасья.

– Страшный человек! – с отвращением в голосе промолвила Лейла. – Ему нравится истязать и унижать всех, будь то слуги или наложницы. Быть с ним в постели – сущая пытка! – Персиянка закатала одну из штанин своих шелковых шальвар, показав на своем бедре два свежих багровых синяка. – Это он так щипается, когда ему хорошо. А это он укусил меня, когда испытал наслаждение, лежа на мне. – Лейла отогнула край покрывала, которым была покрыта ее голова, слегка изогнув свою нежную шею, на которой явственно отпечатался кровавый след от укуса.

– Моя милая Лейла! – Настасья вновь прижала персиянку к себе. – Как мне жаль тебя! Я теперь только и буду думать, как бы вырвать тебя из рук этого чудовища!

– Отсюда невозможно убежать, Настжай, – печально проговорила Лейла. – Кругом дикие степи, где нет ни дорог, ни селений.

– Уж лучше умереть от голода в степи, чем терпеть такие издевательства, – сказала Настасья. – Признаюсь тебе, я подумываю о побеге. Когда войско Мамая подойдет к Оке, я сяду на коня и удеру из стана татарского при первой же возможности.

– Твой отчий край рядом, поэтому у тебя больше возможностей для удачного побега, Настжай, – вздохнула Лейла. – А мне до Персии ехать и ехать!

– Главное – обрести свободу, а на родину всегда можно вернуться, – с решимостью в голосе произнесла Настасья. – С Руси до Персии ходят торговые караваны, суда купеческие до Персидского моря добираются. Дальняя дорога – не преграда, ежели человек свободен. Бежим вместе, Лейла!

– Где мы укроемся на Руси, Настжай, ведь Мамай собирается предать огню все русские города и села? – спросила Лейла.