Куплю твою жизнь

Что за странная идея?

И обычно спокойный Мишка начал постоянно плакать, разрывая мне сердце. Не оставляя ни минуты для сна. Утихая только у меня на руках. Пела ему незамысловатую песенку, укачивая в старом кресле-качалке в гостиной. И смотрела в любимые глаза. И как я раньше не замечала сходства? Каждая черта будто взята от отца, но при этом ребёнок всё равно похож на меня. Удивительно.

Не могла постоянно находиться запертая, словно в темнице, в своей спальне. Не хватало воздуха. Косые взгляды Фатимы уже не трогали. А вслух проклинать меня она больше не решалась.

— Какая идиллия.

Вздрагиваю от неожиданности, слыша знакомый голос.

Младший брат Ратмира. Он знал, что в мою сторону не стоит даже дышать, и не имел столько храбрости, чтобы подойти ко мне, когда в доме был Ратмир.

Только вот сейчас старший брат на работе. Срочный звонок, который я случайно застала, столкнувшись с ним на кухне. Сабуров прошёл мимо, даже не обратив внимания на свою гостью. А меня грызла ревность, что он отчалил к любовнице. От этих предположений внутри всё переворачивалось. Ныло. Хотелось всё бросить и поехать за ним. Выяснить правду.

Расставить точки над «i». Нужная я ему или нет? Но как бы это глупо выглядело… смешно.

— Что ты тут забыл? — спрашиваю в лоб, не находя в себе сил притворяться милой и доброй.

— Пришёл посмотреть приобретение братца, — улыбается, а губы не слушаются. Вижу, что пил. Всю ночь, а к утру алкоголь так и не выветрился. — Надо же, не ожидал от Ратмира, что он может покуситься на бабу, бывшую в употреблении после другого мужика.

Мне становится не по себе. Вся охрана во дворе. В дом им входить не полагалось. Пати далеко, на кухне. А больше на помощь звать мне некого.

Заглянула в окно, вдруг получится дать знать, чтобы зашли. Но, как назло, никого.

— Посмотрел, а теперь проваливай, — встаю, желая вернуться в свою комнату. Сердце на взводе. Стучит быстро. Мишка надрывается, кричит во всё горло. Красный, сморщенный комок гнева. Папаша в миниатюре, но без слёз. Укачиваю, утешаю, но ничего не помогает. Ему, как и мне, неприятен пьяный дядя.

Рустам обходит нас по кругу, как голодная гиена. Изучает с издёвкой во взгляде. Никак ему покоя не даёт, что я выбрала лечь под Ратмира. За деньги, но всё же.

— Акция какая-то была, два по цене одного? — противно смеётся над собственной шуткой, вставая ко мне вплотную. — Тебя выкупил, а эта мелочь шла в придачу?

— Знаешь, Русик, о чём я не жалею? — склоняю голову вбок, изучая его пропитое, опухшее лицо.

— И о чём же? — настораживается.

— О том, что тогда, в клубе, я предпочла отсосать неизвестному мужику, чем дальше сидеть рядом с тобой. Возможно, один из самых моих верных поступков в жизни, — отвечаю импульсивно, слишком дерзко для беззащитной девушки.