Лабиринт Ванзарова

Не в первую ночь, так во вторую или третью. Положительный момент: пожизненный срок будет кратким.

Мальчики шевельнулись, Почтовый сжал их крепче.

– А ну тихо… Что предложишь, Ванзаров?

– Во-первых, отпустите детей, – Ванзаров чуть-чуть сдвинулся за обод стола.

– Еще чего желаете, ваше благородие?

– Укажите место, где держат доктора Охчинского и Стефана Самбора, – он переместился еще на полшажка.

– Что взамен?

– Попадете на каторгу под чужим именем. Ни охранка, ни мир воровской не узнают про вас.

Чуть заметное движение глаз выдало: Почтовый насторожился.

– При чем тут охранка?

– Охранному отделению будет о чем вас расспросить. Например, о ваших связях с боевиком-террористкой Прасковьей Ладо.

– Ляля сама надумала тебя проучить, я тут ни при чем…

– Хотите познакомиться с полковником Пирамидовым?

Что-то вроде сомнений мелькнуло в его лице.

Еще немного, и Ванзаров оказался бы на расстоянии прыжка, когда можно перехватить нож. Или принять на себя. Уж как получится.

Резко присев, Марыся выскользнула из рук Курочкина и метнулась к негодяю, угрожавшему смертью ее детям. Женский визг на пронзительной ноте заставил мужчин вжать головы, как от ветра.

Она ногтями вцепилась в лицо Почтовому, обезумевшей птицей рвала, царапая до крови. Он взвыл, отмахнулся, Марыся отлетела. Ванзаров выхватил меньшего мальчика, швырнул под стол. К нему бросился филер, оттащил подальше. Второго схватить Ванзаров не успел. Почтовый подхватил его за грудь, прыгнул на подоконник, саданул ботинком в раму. Под звон стекла окно распахнулось, влетел ветер.

– Назад, гады! – Почтовый орал от боли. На щеках кровавились багровые полосы. Глаза слезились.

 – Дайте дорогу, или сброшу мальца… Мне терять нечего.

Марысю удерживали Курочкин с филером. Кричать она не могла, безмолвно разевала рот.

– Всем отойти! – приказал Ванзаров, разворачиваясь к Почтовому спиной и сдвигаясь ближе.

– Выполнять, твари!

Филеры отступили, оттаскивая Марысю, она билась, сучила пятками по полу.

– Вон! Все вон! Пошли вон с лестницы!

Комната опустела, стоны Марыси доносились с лестничной площадки.

– Ванзаров, двигай отсюда!

– Одну минуту, – ответил он, нагнулся, будто завязывает шнурок на ботинке, и с полуразворота сделал бросок.

Пальто сковывало, мышцам не хватало разгона, но выбирать не приходилось. Ванзаров дотянулся, вцепился в мальчика и дернул. Ребенок выскользнул, затылком задел подоконник, но был свободен. Закрыв собой, чтобы принять удар ножа, если придется, Ванзаров оттолкнул мальчишку к дверям. К сыну бросилась Марыся.

Ванзаров обернулся, готовый к поединку с ножом.

По инерции понесло назад.

Почтовый пошатнулся, уперся ногой в заоконный скос, но ботинок заскользил по льду.