Ласковое противостояние султану

Что-то, полностью относящееся к эмоциям.

Жаки не могла больше это игнорировать. Не сейчас, когда это разрезало ее надвое, поскольку Асим отвел ей роль сексуальной партнерши. Или все дело было в слове «любовница», учитывая, что мужчина, с которым ты спишь, правит страной?

С невиданной для себя силой Жаки вырвалась, встала и неловко попыталась выйти из зоны досягаемости. Она прижала руку к желудку, откуда, казалось, был готов вырваться наружу обед.

- Спасибо, что указал на мое место.

Ее слова были острыми, как осколки стекла.

- Хорошо наконец это услышать.

Это не было хорошо; это была свежая кровоточащая рана, от которой девушке хотелось свернуться калачиком и умереть.

- Жаклин? - Асим удивленно посмотрел на нее. Неужели он действительно думал, что ее удовлетворит его сценарий? Конечно, думал. Она должна была упасть в его объятия, как спелый фрукт.

- Значит, я достаточно хороша для интрижки, но не для чего-то более длительного. Просто немного секса на стороне. - Ярость боролась в ней с болью.

Он вскочил на ноги. Его ошарашенный взгляд заставил бы ее засмеяться, если бы не подступы тошноты.

- Это не так!

- Разве?

Девушка нащупала рукой бедро через полотенце, обернутое вокруг ее тела. Из глубины страданий возникла сила, о наличии которой у себя она даже не подозревала. Она пробежала, как огонь, по венам, заставляя Жаки выпалить всю правду.

- Если это не так, то позволь мне сделать альтернативное предложение. Вместо проверки всех этих аристократических красавиц почему бы тебе не жениться на мне?

Ее пульс стучал так громко, что она едва слышала сама себя, но девушка отказывалась идти на попятную.

- Я могу предложить то, чего не могут они. Я люблю тебя.

Глава 15

Люблю?

Асим хотел что-то сказать, но не мог вымолвить ни слова.

Его глаза округлились, и что-то резко ударило в грудь.

Ошеломленный, он посмотрел вниз, но там ничего не было - ни пули, ни раны. И все же он чувствовал себя так, будто его подстрелили. Мужчина ощутил толчок, который прошел по всему телу ударной волной, которая сбила бы его с ног, если бы он стоял.

Люблю.

Эти слова вызывали массу жутких воспоминаний. Они были его худшим страхом, ставшим реальностью.

Жаклин продолжала говорить. Он видел, как двигались ее губы, слышал резкие звуки, но не мог разобрать слов.

Он всматривался в ее раскрасневшееся лицо и видел неистовую энергию в ее глазах. Боль и непокорность одинаково сверкали в этом взгляде, буквально сдиравшем с мужчины кожу.

Что он наделал?"

"Мгновение спустя он встал и направился к двери, потом к окну и обратно. Сейчас девушка молчала, глядя на него своими огромными затуманенными глазами.

- Ты, должно быть, шутишь.

Это не могло быть правдой.

Но Жаклин не играла в игры. С первой же секунды она была открытой, а не притворной. Всегда такая, какая она есть.