Лавандовое утро
Рано осиротевшая Джоселин Минтон воспитывалась в аристократическом доме богатой тетки.Теперь Джоселин, как единственной наследнице, принадлежит старинный особняк и среди прочего письмо, призывающее ее раскрыть фамильную тайну сорокалетней давности и обратить внимание на некоего обаятельного юриста…
Это был ужасающий звук, который заставил ее вспомнить стишок про двух упрямых баранов, встретившихся на мосту.
Мост остался позади, они выехали на дорогу, и оба заорали как сумасшедшие.
И тогда они увидели корову. Дождь заливал стекло грязью, но они увидели, как корова, черная с белыми пятнами, лениво пошла через дорогу.
— Держись! — крикнул Дэвид, круто сворачивая в сторону, чтобы не наехать на корову.
Машина ударилась в каменное ограждение, закрутилась на месте, затем дважды перевернулась и снова въехала на мост. Дэвид вцепился в руль, но протез на ноге мешал ему маневрировать, он не мог двинуть коленом, да к тому же скользкая, размытая дождем дорога… Нет, для старого автомобиля все это было чересчур.
Машину подбросило, Эди перевернулась вверх тормашками, и большой автомобиль упал в реку рядом с мостом, который они только что успешно преодолели.
В течение нескольких секунд оба не могли понять, что произошло. Кровь сочилась из ссадины на голове Дэвида, а правая рука Эди ныла от боли.
— Выбирайтесь, — сказал Дэвид, потянувшись к ней.
Вокруг была вода. Единственное, что спасало их, — это закрытые окна, но этого хватит ненадолго.
— Да, — проговорила она, — да… — Она дрожала, все еще не понимая, что случилось. — Я открою окна, и мы вылезем.
— Вы умеете плавать? — спросил он.
— Да, причем вполне сносно, — ответила она. Голова прояснялась с каждой секундой. — А вы?
— Был в школьной сборной по плаванию, — улыбнулся он.
— Тогда все в порядке, — сказала она. — Мы должны сразу выбраться отсюда, как только я открою окно.
— Эй, Харкорт, — мягко позвал он. — А благодарность? Как насчет поцелуя, прежде чем вы удерете?
— Поцелуй? Вы думаете, что сейчас есть время для… — Она замолчала, когда вникла в смысл его слов. Когда она удерет, не оба, а она одна. — А вы? Что с вами?
— Этот чертов протез на ноге, — сказал он. — Не везет, так не везет. Я не смогу выбраться с этой штуковиной.
Эди бросила взгляд в окно. На воду, которая окружала их. Еще несколько минут, и они окажутся под водой, металл не выдержит давления воды, сломает окна, и они утонут.
Это было непросто — вытянуть длинные руки и ноги, чтобы дотянуться до его ног. Но она сделала это. Его нога был зажата под сломанной педалью машины, другой кусок металла врезался в его икру.
— Просто подвиньте ногу. Согните колено и вытащите ее. Нога сломана?
— Не думаю, мешает эта стальная конструкция. Поторопитесь… Нельзя терять время. Вы должны…
— Прекратите, — сказала она. — Я могу как-то снять эту чертову штуковину с вашей ноги?
— В моем кармане гаечный ключ… Он…
— Я знаю, что такое гаечный ключ. — Тут она увидела, что его правая рука в крови. Он не мог залезть в собственный карман.

















