Лавка редкостей, или Наташа, ты попала!

Старый пройдоха не заставил себя ждать и явился, как договаривались. С собой он принес деревянный ящик с инструментами и свернутые мешки.

— Присмотрю чего у вас в лавке, вот и сочтемся, — хитро прищурился он.

— Только давайте честно, без обмана, — спохватилась я.

Уж больно цепким взглядом задержался он на полках с отмытым добром. Только я-то знала цену антиквариату. Вряд ли услуги сантехника могли стоить даже одной изящной фарфоровой пастушки с овечкой или сервиза из буфета, на который старый плут с таким вожделением кидал взгляды. А вот чего похуже ему и отдать не жалко, и он в дело пустит, и у меня место освободится.

— А что это вы с лампой ходите, Наташа? — спросил дядюшка Лео. — Или экономите на освещении? Так это вы бросьте. Магического заряда в этом доме еще года на три хватит. А такие прекрасные глазки портить впотьмах — чистое преступление.

И старьевщик мимоходом велел моему “умному” дому:

— Свет в коридоре, голубчик, да поярче.

И — о, чудо! — над нами ровным тоном засветился потолок.

Вот это я понимаю — чудеса технологии! Или все же магические фокусы? Интересно, а у меня так получится?

В ванной мой спаситель оценил фронт работ, поковырял черную затычку, отер руку о штаны и покачал головой:

— На совесть делали, драконьи огрызки.

— Дядюшка Леопольд, зачем это сделали, как думаете? И как тетушка Женевьев без воды-то обходилась? — поделилась я недоумением.

— Тетушка Женевьев магичка не из слабых была, — важно заметил он. — По-своему, сталбыть, воду получала. Но вы не печальтесь, мадемуазель, поможем вашей беде.

Дядюшка Лео покопался в своем ящике и извлек из него медный кран и к нему целый набор начищенных до блеска финтифлюшек: шайбы, гайки, регулирующие воду барашки. К ним прилагался клок пакли, изуверских размеров гаечный ключ и небольшой ломик.

— А это зачем? — не удержалась я от вопроса."

"— Против лома — нет приема! — назидательно изрек он. — Приступим. И я буду не я, если не справлюсь с такой ерундой.

Потом поплевал на руки и примерился к черной затычке.

Памятуя, что над душой мастера во время работы лучше не стоять, я потихоньку вышла и на всякий случай опять проверила запертую дверь. А вдруг? Дверь не шелохнулась.

— Дверь, голубушка, отопрись, — пытаясь скопировать интонацию дядюшки Лео, повелела я.

Не вышло. Жаль.

Со светом тоже, наверное, не выйдет.

Прежде чем произнести волшебные слова второй раз, замешкалась, но быстро взяла себя в руки.

— Свет в кладовой, голубчик, да поярче, — как можно увереннее повторила я.

Глава 5.3

Аллилуйя! Потолок послушно засветился теплым ровным светом. Я прямо как заправский маг.

Ну, теперь-то пойдут дела. Где тут вчерашние сундуки с тряпьем? С них и начну.