Леди Феникс
Ольга Рязанцева не может разобраться в СЃРІРѕРёС… чувствах: ждет ребенка РѕС' одного мужчины, живет и работает у другого, а третий любимый и вовсе исчез в водовороте жизни. Волею СЃСѓРґСЊР±С‹ она оказалась втянута в расследование РґРІСѓС… преступлений, на первый взгляд не связанных между СЃРѕР±РѕР№. Но дело принимает серьезный РѕР±РѕСЂРѕС' — есть уже три трупа! Р
Больше ничего, если не считать слоя пыли на полу и мебели.
— Посмотри, — позвал Максим. — Вроде кровь.
Я повернулась, он сидел на корточках перед умывальником, Сергей склонился к нему и кивнул.
— Похоже, кто-то руки мыл… Так… Ольга Сергеевна, оставайтесь здесь, а мы все еще раз хорошенько осмотрим."
"Но идти никуда не пришлось. Максим обратил внимание на лаз в подпол, как раз под обеденным столом на кухне. Мужчины отодвинули стол, подняли крышку, мы заглянули в яму, вниз вела лестница, больше в темноте ничего разглядеть было невозможно.
— У меня фонарик в машине, — сказал Сергей.
— Подожди, здесь свет есть, лампочку видишь?
Лампочку я разглядела, а вслед за этим и шнур, который тянулся вдоль плинтуса к розетке над столом. Максим вставил вилку в розетку, и вспыхнул свет.
Сергей первым спустился вниз, чертыхнулся и буркнул:
— Ну вот, мы опять с работой.
— Что там? — свесив голову вниз, спросил Максим.
— Спускайся. А вам, Ольга Сергеевна, не стоит.
Но я внимать его словам не стала и вслед за Максимом спустилась вниз.
Свет лампочки еле доходил сюда, и в сумраке, увидев лицо девушки, я поначалу решила, что она тоже мертва. Руки у нее были связаны веревкой, пропущенной вокруг балки, рот залеплен скотчем. На ней была лишь легкая кофточка, задранная к самой шее, юбка и босоножки валялись тут же. Ноги девушки оказались разведены в стороны и привязаны к вбитым в землю колышкам.
— Вот сволочь, — пробормотал Сергей, Максим отвернулся, хотя много всего успел повидать, работая в убойном отделе, и слабонервным точно не был.
Я быстро осмотрела Лену, синяки, ссадины, но серьезных ран нет, хотя она и без сознания.
— Вытащите ее отсюда, — попросила я. — У нее скорее всего шок.
— И обезвоживание, — подсказал Максим. — Неизвестно, сколько времени она так пролежала.
Позвонить мы смогли, только когда выехали на шоссе.
















