Леди травница

Слушай себя, Мари, и обо всех странностях сразу же говори мне. Не думай, что будешь выглядеть глупо. Только не в нашей ситуации.

Со вздохом признала правоту его слов. Сказать что-то более конкретное о своих ощущениях я пока не могла, а значит, отвлекать лорд-канцлера пустыми домыслами и вовсе не стоило. С чего я вообще взяла, что почудившийся мне в полусне-полуяви мираж достовернее проверенного годами артефакта?

Мы шли до тех пор, пока все вокруг не окрасилось в серый. Оранжевая полоска заката вдали вскоре обещала превратиться в новый золотой рассвет, а значит – настало время короткой северной ночи.

Предчувствий у меня больше никаких не возникало, и от того необычного состояния, что овладело мной днем во время долгого перехода я предпочла отмахнуться. Ужинали дичью и хлебом, а на десерт разделили на всех ягоды. Не поровну – мне и Ритику воины отдали большую часть.

Для ночевки опять возвели палатки и укрыли их шкурами. С приходом ночи температура заметно упала, и в свете костра можно было увидеть, как наше дыхание превращается в пар. Я заторопилась в палатку. Не хотелось снова участвовать в дележке места возле моего тела.

А так – усну и знать ничего до утра не буду.

– Легкой ночи, – поднялась я со своего плаща, отряхнула его и скрылась за полой.

Засыпать было холодно. Зубы выбивали дробь, все тело трясло, но сон не заставил себя ждать. Все-таки бабушкины рецепты – одни из самых лучших, в который уже раз я в этом убедилась. Потом, сквозь дрему я почувствовала крепкое тело, согревавшее своим теплом. Холод убрал свои щупальца и больше не рисковал протягивать их ко мне. Я находилась под надежной защитой. Но все это был лишь сон – убеждала я себя, потому что признать, что таяла в этих объятиях и даже не думала им сопротивляться, означало проиграть самой себе, предать собственные ценности и обещания.

Утро выдалось хмурым. Кажется, похолодало еще сильнее.

– Не удивлюсь, если к обеду выпадет снег, – пробурчал Эдрик. Принц пребывал явно не в настроении.

Зато лорд Вестон вел себя на удивление благоразумно. Это я заметила еще с тех пор, как мы все вместе приняли роды у самки овцебыка. Он не приставал ко мне, не искал общения и не пытался завести разговор, что меня очень даже устраивало. Если бы не его взгляды, полные нежности, которые он кидал на меня, совершенно никого не стесняясь, я бы вообще подумала, что до лорд-канцлера, наконец, дошли мои слова, и он решил оставить меня в покое.

После завтрака я помогла помыть посуду в ручье, возле которого мы остановились. Эд грел мои покрасневшие руки дыханием, уверяя, что именно так работает его магия. Проходящий мимо лорд-канцлер «наградил» его за это внеочередным дежурством.

– За что? – возмутилась я.

– За откровенную ложь члену отряда, – был мне ответ.