Леди травница

– Ты опоздал, Дрейк, – бесцветно сообщила она, подняв голову, а потом снова упала на грудь неподвижно лежащего мужчины.

Глава 25

– Ты должна спасти короля, Мари, – лорд-канцлер потянул меня к ложу.

Я чувствовала себя в святая святых королевской четы не в своей тарелке, но кажется, никто кроме меня подобных ощущений не испытывал. Альварик Третий был так бледен, что практически сливался с шелковыми белоснежными простынями. Его глаза были закрыты, а грудь не поднималась в очередном вдохе, несмотря на то что он был укрыт до шеи шкурой золотой медведицы.

– Он поставил щит, – не глядя на нас, говорила королева Фелиция.

 – Чтобы защитить город, не дать пасть столице, и вложил в него все свои силы, и жизненные тоже. Ты знаешь, Дрейк, что Щит последней надежды подвластен только правящей семье, и только наши силы ему подходят. А от моих Рик отказался, – королева не удержалась и судорожно всхлипнула. – Сказал, что мне еще сына нашего воспитывать и закрылся от меня так, что не пробиться. Вот уже полчаса он не подает признаков жизни, – Ее Величество забралась на кровать с ногами и вытянулась в струнку рядом с супругом.

Сердце кровью обливалось при виде трагедии этих людей. Монархи, оказывается, не менее беззащитны перед лицом судьбы, чем все мы. Высота положения не имеет никакого значения перед лицом смерти.

– Я сниму блок, наложенный королем, – лорд-канцлер продолжал быть собранным и решать проблему за проблемой, не отвлекаясь на сантименты. Эмоции сейчас – плохой советчик. – А ты, Мари, должна будешь вытащить его. Отрицательный результат не принимается. Готова?

Я кивнула, хотя готовой к подобному быть никак не могла. Зато я чувствовала то подступающее ощущение щекотки, когда магия зудела под пальцами и готовилась хлынуть наружу.

Медальон менталиста загорелся, брови Дрейка сошлись к переносице, а больше никаких видимых признаков того, что он магичит, не было. Королева затихла, отдавшись своему горю, и не обращала на нас никакого внимания. Будто в этот момент ей было уже не важно все, что творилось вокруг. Умом и душой она была рядом со своим мужем. Спустя несколько минут, показавшихся мне вечностью, лорд-канцлер вдруг осел, жилы на его шее вздулись, а на лбу выступил пот. Я бросилась к нему, чтобы поддержать, но Дрейк отмахнулся:

– Короля, – просипел он, садясь прямо на пол. – Спасай короля!

Все мое существо требовало броситься к любимому мужчине, но долг приказал выбрать короля. Я отбросила золотую шкуру, положила ладони на его белую грудь и с силой рванула заслоны, сдерживавшие мою магию. Она хлынула бурным потоком прямо в короля. Тот дернулся, опал, но продолжил все так же неподвижно лежать.

– Давайте, – шептала я и старалась сделать поток еще интенсивнее.