Леди травница
Моя магия продолжает шалить, и поступить в столичный университет получается только лишь через очередное унизительное испытание. И если я думала, что на этом все самое трудное для меня закончилось, то сейчас точно знаю: как же глубоко и наивно я заблуждалась! Два принца, один из которых люто ненавидит, а второй всегда приходит на помощь, отвлекают от спокойной учебы. А холодное, отчужденное поведение лорд-канцлера и вовсе вводит в ступор. Что с ним случилось за это короткое время?Второй (завершающий) том дилогии.
Это только издалека кажется, что все высокородные в масле катаются, а стоит приблизиться, как их проблемы уже задевают и тебя.
Мой легкий смех захлебнулся в тот самый момент, когда лорд Вестон прошел мимо нас, кивнув Андрэ и лишь равнодушно скользнув по мне взглядом. Под руку Его Светлость вел бывшую невесту к столикам с напитками, а я, чувствуя себя до невозможности глупой и ненужной, провожала их растерянным взглядом.
Глава 9
– Ты что-нибудь понимаешь? – задумчиво потер подбородок Андрэ.
– Мне только что дали от ворот поворот? – нервно хмыкнула я, а внутри все горело и плавилось от боли, и этот пожар распространялся по венам, в то время как сердце почему-то превратилось в кусок льда и застыло в грудной клетке пудовой глыбой.
– Идем! – решительно потянул меня в их сторону Андрэ, но я к публичным разборкам не была готова.
– Не нужно, Андрэ, прошу, – я попыталась остановить брата, но в этот раз он не поддался.
– Ты бы видела свой взгляд, Мари. У голодной, брошенной всеми дворняги и то больше уверенности в завтрашнем дне. Ты не подумай, я далеко не одобряю его притязания на тебя и даже больше – предпочел бы, чтобы лорд Вестон действительно отступился, но только не подобным образом.
– Благодарю, – с королевским величием леди приняла комплимент.
– Рад видеть вас в добром здравии, герцог, – ровно ответствовал Его Светлость. Ничто в его голосе или отстраненном выражении лица не намекало на то, сколько волнительных моментов мы пережили втроем.
Я почувствовала, что вот-вот расплачусь. Слезы закипали под веками, грозя позорно пролиться прямо у всех на виду, и я все больше убеждалась в том, что слишком чужая для этого общества. Не стоять мне с ними, заковавшими все чувства под маской неизменной холодной вежливости, на одной ступени.
– Твой канцлер с ума сошел! – шипел брат, широко шагая, так что мне приходилось часто перебирать ногами, чтобы поспевать за его стремительной походкой.
– Не мой, как видишь, – выдавила я. Прозвучало жалко.














