Эркюль Пуаро

Дэвид мог вернуться каждую минуту. Надо сделать попытку сейчас, не упуская случая. Слова застревали у нее в горле, но она заставила себя говорить.

– Вы... вы не могли бы помочь мне?

– Помочь вам?

Розалин смотрела удивленно, непонимающе.

– Я... сейчас все так трудно... Видите ли, со смертью Гордона наше положение сильно изменилось...

«Безмозглая идиотка! – думала она. – Долго еще ты будешь так оторопело пялиться на меня? Ты отлично знаешь, что я имею в виду! Должна знать. В конце концов, ты сама была бедной...»

В эту минуту она ненавидела Розалин. Ненавидела за то, что она, Адела Марчмонт, вынуждена сидеть здесь и выклянчивать деньги.

Как это трудно! Как бесконечно трудно! За эти короткие мгновения ей вспомнились долгие часы дум и забот, все ее планы...

Продать дом? Но куда переехать? В продаже совсем нет маленьких домов, во всяком случае – дешевых. Взять квартирантов? Но сейчас не достать прислугу, а сама она просто не справится со стряпней и уборкой. Если поможет Линн... Но ведь Линн собирается замуж за Роули. Жить с Роули и Линн? Нет, ни за что! Найти работу? Какую работу? Кому нужна немолодая, усталая женщина без специальности?

Она услышала свой голос.

Он звучал враждебно, потому что она презирала себя.

– Я имею в виду деньги, – сказала она.

– Деньги?..

Розалин казалась искренне изумленной, будто меньше всего ожидала, что речь пойдет о деньгах.

Адела продолжала, с трудом выдавливая из себя слова.

– Я превысила свой кредит в банке, задолжала по счетам... за ремонт дома... а проценты мы еще не выплатили. Ведь все уменьшилось вдвое... Я имею в виду доходы. Дело, очевидно, в налогах. Гордон всегда нам помогал. Помогал содержать дом. Он брал на себя все расходы по текущему ремонту, окраске и прочее.

Да и на расходы давал. Вносил в банк определенную сумму каждый квартал. Всегда говорил, чтобы я не беспокоилась. Я и не беспокоилась. То есть пока он был жив, а теперь...

Она замолчала. Ей было стыдно, но в то же время она испытывала и облегчение. В конце концов, худшее теперь позади. Если Розалин откажет, то откажет – и все...

Розалин чувствовала себя очень неловко.

– О боже! – сказала она. – Я не знала... не думала... Я... Ну конечно, я спрошу у Дэвида...

Стиснув ручки кресла, Адела сказала с отчаянием:

– Не можете ли вы дать мне чек сейчас?

– Да, да, кажется, могу.

Розалин с испуганным видом вскочила, подошла к письменному столу. Поискала в разных ящиках и наконец вытащила чековую книжку.

– Написать... на сколько?

– Если можно... пятьсот фунтов...

«Пятьсот фунтов», – послушно написала Розалин.

У Аделы камень свалился с плеч. В конце концов, это оказалось не так трудно. Она ужаснулась при мысли, что сейчас ощущает не столько благодарность, сколько разочарование от легкости, с какой ей досталась победа.