Эркюль Пуаро
Агата Кристи
– Я не думаю, что ты попадешь в тюрьму. Если бы это было так, полицейские уже давно пришли бы за тобой.
Роули посмотрел на нее с удивлением:
– Но, черт возьми, непредумышленное убийство... подкуп Портера...
– А почему ты думаешь, что полиции известно или будет известно что-либо об этом?
– Этот самый Пуаро знает все.
– Он – не полиция. Я скажу тебе, что думает полиция. Зная теперь, что в тот вечер Дэвид Хантер был в Вормсли Вейл, полиция считает, что он убил и Ардена и Розалин. Его не станут обвинять в смерти Ардена, потому что в этом нет надобности.
– Но этот Пуаро...
– Он сказал инспектору Спенсу, что это был несчастный случай, и, насколько я понимаю, инспектор только посмеялся над ним. Если хочешь знать мое мнение, думаю, что Пуаро никому ничего не скажет. Он такой славный...
– Нет, Линн, я не могу позволить тебе идти на риск. Кроме всего прочего, я... Могу ли я положиться на себя? Я хочу сказать, что жить со мной будет небезопасно.
– Может, ты и прав... Но знаешь, Роули, я ведь люблю тебя... и тебе пришлось пережить сущий ад... А о собственной безопасности я никогда не заботилась.
МИССИС МАКГИНТИ С ЖИЗНЬЮ РАССТАЛАСЬ
Питеру Сондерсу в благодарность
за его доброту к авторам
ГЛАВА 1
Эркюль Пуаро вышел из ресторана «Старая бабушка» и оказался в Сохо[85]. Он поднял воротник пальто скорее из благоразумия, чем по необходимости – вечер не был холодным. «Но в моем возрасте, – имел обыкновение говорить Пуаро, – лучше не рисковать».
Взор его был слегка затуманен от удовольствия. Улитки в «Старой бабушке» оказались настоящим объедением. Этот невзрачный на первый взгляд ресторанчик – просто находка! С видом задумчиво-блаженным, какой бывает у сытого пса, Пуаро высунул язык и облизнул губы. Вытащил из кармана платок и потрогал слегка свои роскошные усы."
"Что ж, пообедал он славно... Чем заняться теперь?
Шофер проезжавшего мимо такси услужливо притормозил. Пуаро на миг заколебался, но никакого знака не подал.
– Какая жалость, – пробурчал Пуаро себе в усы, – что человек ест только три раза в день...
Дело в том, что полдничать-чаевничать он так и не привык. «Если садишься перекусить в пять часов, – объяснял он, – желудочный сок к обеду будет не тот, пропадет чувство предвкушения. А обед, смею вам напомнить, – важнейшее кулинарное событие дня!»
Кофе где-то ближе к полудню – тоже не для него.

















