Единица безумия

Но Дольчегабана прекрасно умудрялась говорить с набитым ртом:

– Я всех потеряла. Я одна на всем белом свете. Тебе и не представить, каково это… а у тебя есть мать… хоть такая. Есть отец… он богатый и влиятельный… и это тоже хорошо. Хорошо, когда есть деньги, они могут решить кучу проблем…

– Ты когда-нибудь трахалась за бабло?

– Не-а, не предлагали.

– Не предлагали, – повторил за ней Андрей и засмеялся: – Дольчик, ты неповторима. Так вот. Наладить, как ты говоришь, отношения с отцом – это как трахаться за деньги. Я себя какой-то шлюхой чувствую. Тебе тоже не представить, каково это.

– Слушай, – осторожно начала Женя, – а твоя мама… она правда… проституткой была? Вот прям настоящей проституткой?

– Когда баба спит с несколькими сразу, чтобы ее содержали, думаю, это так называется. Папа был одним из них.

– Так у нее ж муж… – Женька перестала жевать, – твой отчим.

– Он не сразу появился. Хотя, наверное, она была не очень хорошей шлюхой, раз мало нажила за свою жизнь.

– Андрюша! – захохотала Женя и двинула его по плечу.

Андрюша тоже снова рассмеялся, и на момент они замолчали. Каждый дожевывал бутерброд и думал о своем.

Женя о том, как плохо быть одной. Андрей – как плохо чувствовать себя одиноким, когда у тебя есть и отец, и мать, и брат, и даже отчим.

Он сколько себя помнил, старался избавиться от этого ощущения полного одиночества. Еще пацаном думал, что вот вырастет, разгонит всех материных поклонников, и она его полюбит. Но мама стала пить. Потом думал, что вот вырастет, вылечит мать, и она точно его полюбит, поэтому захотел стать врачом. Подростком бунтовал, уходил из дома и возвращался, выводил ее из запоя, прятал бутылки, выливал водку в раковину, забирал у нее деньги.

Все бестолку. Правда, мать стала пить меньше, но жизнь от этого не наладилась. Со временем мысль о том, что он сможет помочь матери, развеялась, а желание стать врачом осталось."

"– А почему ты пошел на лечфак? – вдруг спросила Женя, будто уловив ход его мыслей.

– Я рано понял, что, если сам о себе не позабочусь, никто обо мне не позаботится. Страсть к исследованиям завела меня в медицину. Почему-то с детства думал, что надо много и хорошо учиться, чтобы кем-то стать.

– А я думала, что в медицину идут, чтобы людей лечить.

– И это тоже, – вздохнул Погодин.

– Я тоже думал, что вылечу. Хотя бы мать.

Женя сочувственно посмотрела на него:

– Ты не знаешь, почему она так живет. Почему именно так. У всего есть причина. Я верю, что у всего есть причина.

– Ты – да. Ты, Дольчик, веришь. Тебе обязательно надо во что-то верить.

– А тебе нет? Во что ты веришь, Погодин? Ты же хотел матери помочь, значит, верил? – подалась она в рассуждения. – Ой, зачем ты мне эту трогательную историю рассказал.

– Ты сама просила.

– У меня такое чувство, что я в тебе ошибалась.