Единица безумия

– Я не против наплевать на некоторые формальности. А фамилию свою мне все равно жалко терять, она же дворянская. – Все еще не оборачивалась, но взгляд его чувствовала спиной.

– Кстати, я тебе еще кое-что не сказал. Мы должны переехать к папе.

– Как это? – опешила Женя, посмотрев на Андрея.

– Так это. Тебя это не должно пугать. Видела, какая у него усадьба? Станешь настоящей столбовой дворянкой. Выделим тебе крепостных, будешь челядь гонять.

– Что ты болтаешь! – воскликнула она и чуть не обожглась, наливая чай.

– Никогда не думал, что, для того чтобы переспать с тобой, мне нужно будет на тебе жениться, – он все-таки вернулся к теме, которой она старалась избегать.

Женя села за стол и принялась размешивать сахар в чашке. Головная боль окончательно отпустила, и аппетит проснулся.

– Ты переспал со мной не потому, что женился, а потому что я была пьяна практически в стельку. И вообще я мало что помню.

– Зато я прекрасно помню все твои три оргазма.

Погодина вздохнула и покраснела.

– Слушай, у меня и вещей-то нет. Собирать нечего. Все в коммуналке осталось.

– Не проблема. Постепенно купим все, что тебе нужно.

Они позавтракали, потом прошлись по магазинам, приобрели Женьке кое-что из одежды, а после обеда поехали к отцу.

Домработница показала им, где они могут расположиться. В их распоряжении оказалось целое крыло. Огромная спальня со своей ванной комнатой, с собственной гостиной и открытой террасой. И даже библиотека имелась. Оставив жену разглядывать апартаменты, Андрей спустился вниз. Хотел поговорить с Кавериным наедине, пока ждал отца.

– Ты извини за вчерашнее.

Марк лишь внимательно глянул на него и ничего не сказал. Бросил на обеденный стол паспорта Андрея и Жени на новую фамилию.

– Я перегнул, – добавил Андрей, развернул паспорт и уставился в незнакомое и знакомое «Рысь».

Теперь он Рысь. Рысь Андрей Викторович. Ладно уж, чего душой кривить. Он не раз примерял себе фамилию отца, Рысем быть не так уж плохо.

– Считаешь, меня и правда волнует, что ты обо мне думаешь? – Это был не вопрос, разумеется.

– Допустим, нет. Но меня волнует, как будут выстраиваться наши отношения. – Андрей убрал документы во внутренний карман пиджака.

– Можешь об этом не беспокоиться. Я в любом случае буду выполнять свою работу так, как должен.

Твои слова или твое мнение обо мне не могут что-то изменить внутри меня.

– Но? – уточнил Андрей, чувствуя, что за этим следует продолжение.

– Но я буду считать тебя безмозглым недо-мажором.

– Даже так, – хмыкнул Андрей."

"– Угу, – кивнул Каверин. – Если ты пойдешь к отцу и скажешь, что я тебя не устраиваю, и меня уволят, в чем я глубоко сомневаюсь, я уйду. Без вопросов. Дело не в деньгах, а в том человек ты или нет.

– Не в деньгах, думаешь? Все на свете продается и все покупается.