Лейтенант империи. Часть вторая

Дал команду Жичкину «к бою», а сам обратился ко мне:"

"— Что там? — за его спиной бойцы отцовского отделения выходили из столовой и расходились за оружием, и доспехами по своим комнатам.

— Мне надо в штаб безопасников, — вскочил я с места, — кто-то проник в мой кабинет.

Лира вздохнула и смиренно потянулась за едой, а дядя Саша поднялся следом за мной.

— Абаимов, Жичкин за старшего, — он пошёл за мной в гостиную. — Я с тобой поеду, с каких пор у тебя там кабинет?

— Не совсем мой, — пояснил я на ходу, — Растеряшев дал задание, и кабинет Гривасова. А теперь туда проникли и сработало только личное оповещение.

— Вызывай группу реагирования…

— Нет, — я открыл дверь и, как был в повседневной форме, без куртки, вышел наружу, — если ты со мной едешь, то сначала прибудем на место, а потом вызовем. Нельзя спугнуть.

— Стой, — дядя Саша в пару шагов догнал меня и придержал за руку, — ты так собрался идти?

Вообще, я собрался бежать. Пусть и нельзя пользоваться силой, но организм уже не тот, что раньше. Потому я не боялся замёрзнуть. А то, что я без оружия, так Ерастов сам сказал, что поедет со мной. Если не хватит его сил, то мне никакая винтовка не поможет. Ну а тесак, после года приключений, был со мной всегда.

Только я хотел объяснить это дяде Саше, как он опередил меня и указал в сторону парковки:

— У меня автограв припаркован, полетели.

Снег разметало телекинезом. Тепловое воздействие удалило с дороги лёд. Мы пробежали до парковки и Ерастов, сдувая силой снежный покров с кузова, открыл дверцу спортивного антиграва. Я нырнул в салон. Пристегнул ремни, и мы, без прогрева двигателя, взлетели ввысь.

— Рассказывай, — бросил дядя Саша, и я поделился с ним прошедшими событиями.

По ходу рассказа я понял, что стоит уведомить Растеряшева. Связался с ним, и он сообщил, что встретит нас на месте.

На сердце стало совсем легко. С Ерастовым и полковником мы справимся с любым противником, если, это, конечно же, не кто-то сопоставимый силой с Меньшовым. Но таких монстров на базе просто нет. Валентин Севович единственный человек здесь, да и на планете, насколько я знаю, чей индекс развития превышал семьдесят пунктов.

— Весело, — это всё, что обронил дядя Саша в ответ на мой рассказ. Да он и времени не было, на более продолжительные разговоры.

Только он проговорил, как мы пошли на снижение. Автограв нырнул к земле. Выровнялся в трёх метрах от неё и мягко приземлился на снежный покров.

Мы вышли из машины и тут же увидели Растеряшева. Он, как и обещал, успел первым.

— Ваше высокоблагородие, — приветствовал я его, разворачивая сообщение на коммутаторе.

Виктор Маркович кивнул Ерастову и сверился с моим гаджетом.

— Я не заходил в систему, — пояснил он, — боялся спугнуть, мало ли.