Лейтенант империи. Часть вторая

— Вы на это рассчитывали, когда отдали мне дело? — спросил я, пританцовывая на месте.

Не заметить моё перетаптывание было невозможно. Дядя Саша хмыкнул, и я ощутил, как мороз отступает, а вокруг нас разливается тепло. Но переминаться с ноги на ногу я не прекратил. Не от холода это, а от нетерпения и желания поскорее ворваться в штаб безопасников.

— Нет, — покачал головой Растеряшев, — но результат, порой, бывает совсем другим. Какой не ждёшь.

— Группу реагирования будем вызывать? –спросил Ерастов вглядываясь в здание штаба.

— Злодеи сделали всё, чтобы она не приехала, — поморщился Растеряшев и зашагал в сторону штаба, — зачем их расстраивать?

— Как так вышло? — спросил Ерастов на ходу.

— о том, что кабинет теперь переключен на Турова, никто не знает, — пожал плечами Виктор Маркович и указал рукой на дальнее окно, — дотянешься туда поисковой техникой?

— Угу, — только и ответил дядя Саша, и через секунду отчитался: — внутри никого, должно быть под мертвецом находятся.

— Серьёзный противник, — вздохнул Растеряшев и попросил (не приказал, а именно попросил): — займешь позицию на улице? Если они пойдут через окно, то они твои.

— Добро, — дядя Саша заспешил в нужную сторону, а я почувствовал укол зависти. Он мог использовать силу, а я без нее ощущал себя, как рыба, выброшенная на берег. Словно у меня забрали продолжение меня…

— Ваше Высокоблагородие, постойте, — попросил я Растеряшева, когда мы добрались до крыльца.

Виктор Маркович взглянул на меня, а я упал в снег. Принял упор лёжа, и стал быстро отжиматься.

Двадцать раз пролетели, как один. Я вскочил на ноги и ударил кулаком в колонну. Боль пронзила запястье. На белом камне осталось красное пятнышко, но я смог поймать нужно состояние. Татуировки на лице и руках засветились зеленым, а потом перешли в синий цвет.

Постарался закрепить полученный результат в голове и на уровне ощущений, и посмотрел на Растеряшева.

— Я готов.

— Как с толкача завёлся, — хмыкнул Виктор Маркович. — Пойдём.

Тяжёлая дверь открылась без скрипа. Полумрак холла навалился на нас со всех сторон. Только на месте дежурного горел одинокий светодиод ночника.

— Ваше высокоблагородие, — дежурный мичман морской пехоты оторвал голову от стола.

Он хотел ещё что-то сказать, но Растеряшев махнул рукой, и мы прошли в нужный коридор."

"Ковер приглушил наши шаги. Свет крошечного огонька на ладони Растеряшева осветил нам дорогу. Мы замерли около нужной двери и переглянулись.

— Готов? — прошептал Виктор Маркович. Я кивнул, и он добавил: — тогда открывай.

Сердце забилось чаще. Ключ-карта приложилась к сканеру. Панель прибора моргнула с красного на зелёный и замок щёлкнул. Растеряшев распахнул дверь. Крошечный огонек сорвался с его руки. Взмыл под потолок. Разросся до размеров футбольного мяча.