Сценарии судьбы Тонечки Морозовой

– На улице, – заговорил он, чтобы отвлечь их игрой «в детектив», – можно громко разговаривать и весело смеяться. Чем веселее и громче, тем лучше.

Тонечка заперла дверь на террасу, и они все вышли через парадное крыльцо.

В полном молчании.

– Тоня, – громко и весело сказал Герман, – ты компьютер забрала или оставила?

– У меня ноутбук, – откликнулась Тонечка с недоумением, – как будто ты не знаешь! Ты же мне его на день рождения подарил. За сто миллионов!

– Так забрала или оставила? – продолжал веселиться муж.

– Конечно, забрала! – наконец сообразила Тонечка.

– Вот и хорошо! Родион, а ты захватил альбомы?

Они забрались в машину – высокую, как танк, – и Родион сказал хмуро:

– Пап, это нечестно. Ты будешь преступников ловить, а я в альбоме рисовать?

– Никого ловить я не буду, – откликнулся отец, выруливая на пустую Заречную улицу. – Если Тонечка права, гопники явятся за добычей, мы их накроем и отправим в Москву. Серега Мишаков обещал помочь, персональный транспорт за ними прислать.

– Подполковник Мишаков? – спросила Тонечка. – Он же в Нижнем служит!

– Его обратно в Москву перевели.

– Но ведь их нужно как-то… схватить, – пробормотал Родион.

– Нет, – отрезал отец. – Не нужно хватать. Они обыкновенные ребята, ну, если мы все правильно понимаем. На них прикрикнуть построже, и достаточно. Не рисуй себе никаких романтических картинок. Сцены из боевика, как Тоня их сочиняет, уж точно не будет.

До «Капитанской бухты» добрались в два счета – надувшийся Родион, серьезная Тонечка и невозмутимый Герман.

Ворота стояли нараспашку. За воротами маялась Саша Шумакова.

Одета она была как-то странно – в футболку и толстовку, которые болтались на ней, словно внутри была пустота, и брезентовые штаны, завязанные на поясе бельевой веревкой.

Как только британский гиппопотам вполз за забор, Саша кинулась к нему.

Тонечка еще только открывала дверь, а она уже заговорила:

– Тоня, нельзя, чтобы Федор… этим занимался! Правда! Я не знаю, давайте лучше полицию вызовем, а?.. Он же в тот раз сказал, что, если найдет преступника, убьет. Он и убьет.

Тонечка оглянулась на Германа. Саша была в отчаянии.

– Александр Наумович, вы поймите! Тетя для него была самым близким человеком! Он же правда за нее убьет.

– Вы не волнуйтесь, – сказал Герман. – Никто никого не убьет.

– Да вы же не знаете подробностей! Он убьет, и его посадят в тюрьму навсегда! А это тоже убийство, он там погибнет! Я прошу вас, остановите его!

– Тише, – быстро сказала Тонечка. – Вон он идет.

– Здравствуйте, Антонина, – сказал подошедший Федор Петрович. – Я сегодня говорил вашему мужу, как ему с вами повезло.

– Я соглашался, – вставил Герман.