Сценарии судьбы Тонечки Морозовой
Насте семнадцать, она трепетная и требовательная, и к тому же будущая актриса. У нее есть мать Тонечка, из которой, по мнению дочери, ничего не вышло. Есть еще бабушка, почему-то ненавидящая Настиного покойного отца – гениального писателя! Что же за тайны у матери с бабушкой?Тонечка – любящая и любимая жена, дочь и мать. А еще она известный сценарист и может быть рядом со своим мужем-режиссером всегда и везде. Однажды они отправляются в прекрасный старинный город. Ее муж Александр должен встретиться с давним другом, которого Тонечка не знает. Кто такой этот Кондрат Ермолаев? Муж говорит – повар, а похоже, что бандит…Когда вся жизнь переменилась, Тонечка – деловая, бодрая и жизнерадостная сценаристка, и ее приемный сын Родион – страшный разгильдяй и недотепа, но еще и художник, оказываются вдвоем в милом городе Дождеве. Однажды утром этот новый, еще не до конца обжитый, странный мир переворачивается – погибает соседка, пожилая особа, которую все за глаза звали «старой княгиней»…
Дядька сказал, старуха богатая, по пятнадцать тыщ в месяц племяннице переводит, Колькина мамка рассказывала, а она знает, она в почте работает! А у старухи и взять-то нечего, только брошка эта! И в тайнике ничего не было, только книжка какая-то дурацкая, не по-нашему написанная! Я не хотел! Убивать не хотел!.. Она сама умерла! Сама!
Герман загородил парнишку от Федора, который ринулся на него, и тут распахнулась дверь на террасу, в дом влетела Тонечка с топором в руке, а за ней Саша с лопатой.
Тонечка завертела головой, оценила остановку и ринулась к дяде Арсену.
– Вы живы? Все в порядке?
– Что еще за самодеятельность, Тоня?! Я тебя спрашиваю!
– Мы приехали, – затараторила Тонечка, помогая сапожнику подняться, – услышали страшный шум и побежали вам на помощь!
– Зачем вы приехали, когда мы договорились, что вы нас дождетесь там, в «Бухте»?! И не было никакого шума! Да еще страшного!
– Мы не могли ждать больше, – сказала Саша, подошла к Федору, обняла и заплакала.
– Тоня, я тебя убью.
– Зачэм так гаварышь, нэлзя так на жэну гаварыт!
– Федор, ты как?
– Я хорошо. На самом деле я ничего не понял. Все как-то само собой сделалось.
– Вот и хорошо.
– Папа! Папа! Ты их поймал?! Буська, иди ко мне, где ты есть?
– Не сердись на меня, Сашечка, миленький!
– Я тебе не миленький!
– Жэна тибе любя гаварыт, а ты слушай!
За окнами засигналила машина, озаряя все вокруг голубыми и красными всполохами мигалки.
– Отбой всем службам! – рявкнул Герман, и все разом замолчали.
Сделалась тишина.
– Вот и за нашими субчиками из Москвы приехали. Кроме Федора Петровича, дяди Арсена и гопников, все свободны!
– Ну, Са-а-аша!
– Свободны, я сказал!"
"…Когда минут через сорок Герман явился на свой участок, то обнаружил, что из самовара валит дым, Саша хлопочет вокруг стола на террасе, Федор сидит на перилах и болтает ногой, а Тонечка на дорожке делает странные подскоки.
Он подошел и спросил:
– Что ты делаешь, сирота?
Она посмотрела на него:
– Я скачу «зайкин праздник», это всем понятно.
И опять принялась скакать.
– Зачем ты скачешь?
– «Зайкин праздник» скачут, только когда все хорошо, Саша. И я не сирота!..
– Ма-ам! – закричал с крыльца Родион. Родители оглянулись, а потом посмотрели друг на друга. – Кружки доставать или стаканы с подстаканниками?..
THE END"

















