Лесной глуши неведомые тропы

Словно зачарованный, Энги послушно сделал шаг, но я резко одернула его.

— Стой на месте! — уже не было смысла скрываться. — Вы не смеете трогать его. Энги — мой законный муж.

— Это легко поправить, — мрачно произнес король и подал едва заметный знак страже.

Нас немедленно обступили вооруженные гвардейцы; не успела я опомниться, как у Энги выхватили топор, заломили ему руки за спину и грубо подтащили к королю и королеве. Вскрикнув, я попыталась помешать им, но меня поперек талии обхватила чья-то рука, закованная в латную перчатку.

— Вы не смеете его трогать! Энги не сделал ничего плохого! Это я придумала, я попросила его вывезти меня из дворца!

— Он давал клятву верности королю, — жестко отрезал венценосный отец, даже не взглянув в мою сторону. — Ну что, червь, даже не будешь молить о пощаде?

Энги молча поднял голову, чтобы посмотреть в глаза королю, но нога гвардейца в кованом сапоге наступила ему на затылок, впечатав лицом в каменистую землю.

— И правильно, — меж тем продолжал король. — Теперь тебе ничто не поможет. Милости для предателей и дезертиров закончились. Отрубить ему голову.

— Нет! — взвизгнула я и лягнула удерживающего меня стража пяткой в колено. — Нет, не надо!

Чудом вывернувшись из ослабевшей хватки, я подбежала к Энги, оттолкнула наступившего на него гвардейца и упала на колени рядом с мужем, обхватив его за шею.

— Илва… — ощутив внезапную свободу, Энги обнял меня и прижал к себе. — Милая, тебе придется…

— Ингрид, не позорь себя еще больше, — поморщилась королева. — Отойди подобру-поздорову.

— Он не виноват! — закричала я отчаянно, до боли прижимая любимого к себе. — Он мой муж! Это я придумала сбежать! Прошу, пощадите его, он ни в чем не виноват!

— Илва, это не поможет, — губы Энги коснулись моего уха, поцеловали щеку, скулу. — Я знал, на что шел.

— Он виноват во всем. Стража! Поднимите принцессу, — холодно велел король.

Но я вцепилась в Энги так крепко, что никакая сила в мире не заставила бы меня разжать руки."

"— Нет!!! — кричала я, впадая в истерику и стискивая шею мужа. — Пощадите, не убивайте! Я люблю его! Мама! Отец! Прошу вас! Я ношу его дитя…

Истерические визги перешли в рыдания, я зажмурилась и в какой-то момент почувствовала, что чужие руки перестали меня тянуть.

— Отец, — послышался негромкий спокойный голос. — Неужели ты хочешь сделать Ингрид несчастной?

— В моем королевстве пока еще я король! — грозно зарычал мой венценосный родитель. — И не потерплю беззакония у себя под носом!

Со вспыхнувшей надеждой я подняла голову и увидела, что принц Арвид смотрит на меня с сочувствием.

— Если подумать, какое беззаконие он совершил? — удивительно неподходящим к ситуации мягким тоном произнес мой брат.