Летчик. Фронтовая «Ведьма» (СИ)

Не зря же я летал в этих местах на разведку, да и румыны по сравнению с немцами вояки менее приучены к порядку. Тем более наши истребители пройдутся в стороне и чуть-чуть постреляют, а мы под шумок проскочим. Как задумали, так и получилось. Прошли между Чонгаром и косой Арбатская стрелка. Джанкой обошли чуть восточней. Первая точка возле пересыхающей летом речки Салгир. Речка длинная, но местами здорово мелеет. Чуть левее и позади меня слышу стрёкот «кукурузника» с Аманом за штурвалом, вроде не оторвался. Якут нормально летает, я даже местами горжусь, что приложил руку к его обучению. Хороший парень, только молчун, не поговорить с ним за жизнь. Пока летел размышлял о том, зачем я здесь. В смысле, в этом мире. Спасти жизнь тушки Жени Красько? У меня вроде получается. Питаю надежду, что вернут меня обратно. Вот только кто и что со мной проделали такую каверзу, я так и не разобрался. Как попаданец в это время — я никакой. Технологиям будущего не обучаю, с мудрыми советами к руководству страны не лезу. Даже как пророк об окончании войны никому и ничего не говорю. Разве что, внедрил фигуры пилотажа, которые должны появиться позже, да песенки пою. Но это не от тщеславия, просто люблю петь. Надеюсь, не испорчу в будущем авторам песен настроение. Думаю, сочинят ещё что-нибудь хорошее. Между делом поглядываю по сторонам. Мы приблизились к тому месту, где должны подать световой сигнал наши разведчики. Заметил сигнал не я, а якут, вот же глазастый. Смотрю он качает крыльями. Идём на разворот. На земле костров не зажигают, маскировка соблюдается. Опять же фонариками обозначают место, где можно посадить машину, чтобы не сломать шасси. Глушим моторы, обмен паролями. Я выдохнул, первый этап прошёл успешно. К нам выходят четверо разведчиков в немецкой форме. Ну оно и понятно, парни по тылам фрицев мотаются, не ходить же им здесь в парадной форме красноармейца. Я сам таким же способом переодевался. Один из ребят в маскараде подходит ближе и здоровается, трое стоят чуть позади, линию огня не перекрывают друг другу. Расположились грамотно, чувствуется, что перед нами опытные вояки.

В другой своей жизни, когда служил в ВДВ, доводилось сталкиваться с такими. Это не просто разведка, перед нами опытные диверсанты. Опознались по позывным, в таких случаях не принято называть звания и фамилии. Парни явно засекречены, хотя мы с якутом знаем, что они из ГРУ. Когда я назвал свой позывной «Ведьма», тот, что подошёл к нам чуть приподнял бровь, хмыкнул, но ничего не сказал."

"— У нас двое раненых, один тяжело. Кое-какие бумаги, нужна срочная эвакуация, — сообщил диверс с позывным «Пуля».

Вот вам бабушка и Юрьев день. На хрена мы спрашивается везли боезапас и оружие? Говорю об этом диверсанту.