Летний лагерь свингеров

Правой рукой я нежно сжал собственную эрекцию, которая ничуть не смягчилась. Я хотела кончить, но знал, что если начну дрочить, то наделаю слишком много шума и меня обнаружат. За окном становилось довольно светло, так что я не мог даже спуститься по лестнице и прокрасться в ванную. Мама, папа или оба они обязательно увидят меня и поймут, что я полностью все видел."

"Я мог понять, почему я не хочу, чтобы мой отец видел мою эрекцию, но мне показалось странным, что я тоже не хотел, чтобы мама это видела. Думаю, я не хотел, чтобы она это увидела, потому что тогда она поймет, что я наблюдал за ними.

Я не старался шпионить за ними, но иногда просто не мог удержаться.

Было еще очень рано, поэтому я убрала руку с эрекции и попыталась расслабиться. Но мысли о двигающейся голове Мамы заполнили мой мысленный взор, и моя эрекция не спадала.

К сожалению, я знал один верный способ вернуть пенис в нормальное состояние. Я начал думать о том, что я собираюсь сказать Джине, и, что еще хуже, о том, что я буду делать, когда вернусь в школу. Я пытался выбросить Эми из головы и сконцентрироваться на том, что должен сказать Джине.

Я не хотел ничего от нее скрывать, но не думал, что мне нужно рассказывать ей все интимные подробности.

Моя проблема была в том, что я понятия не имел, как она отреагирует. Я ожидал, что она больше никогда со мной не заговорит. Но потом мелочи, сказанные Сьюзан и мамой, продолжали грызть мой разум. Когда я впервые забеспокоился, что секс со Сьюзан или Стейси изменяет Джине, Сьюзан сказала, что Джина может быть немного более открытой, чем я себе представлял. Я задумался, что сказать Джине сейчас, и уже не в первый раз мне стало интересно, что имела в виду Сьюзан.

Она говорила это не один раз, что заставило меня поверить, что это был не простой комментарий, чтобы успокоить меня.

Я сплела пальцы за головой и снова почувствовала жалость к себе. У меня было два хороших романа, которые я испортил, и в некотором смысле, я был очень впечатлен, что мне удалось раздвоиться и приударить с обеими девушками. Конечно, я еще не раздвоился, но походу, это был лишь вопрос времени. Как только я раскажу ей, я был уверен, что ад вырвется на свободу.

Еще раз, я просто не осмелюсь заговорить с ней.

Но при мысли обмануть Джину, я чувствовал себя... очень неправильно. И что еще хуже, моя вина за Джину разрушила мои отношения с Эми. Что заставило меня думать, что я не буду чувствовать вину за Эми, когда буду с Джиной?

Я как раз готовился к хорошему испугу, когда вдруг почувствовал прикосновение к локтю. Это было так неожиданно, что я чуть не спрыгнула с кровати. Я был так поглощен своими проблемами, что не слышала, как мама встала с кровати и подошла ко мне. Я смущенно посмотрел на нее.