Лето волонтёра

Тем более мы уже…

– То, что произошло здесь, не должно было случиться, – перебил меня Карир. – Вы превратились в нечто совсем иное. Я помог, но лишь помог, это все было ваше, собственное. Не имеющее отношение ко мне или к Милане.

До меня начало доходить. Я все-таки не дурак.

– Мы были предсингулярным человеком. Почти… Высшим.

– Да. Очень близко к полному переходу на новый уровень, – подтвердил Карир. – Для Миланы опасно погружаться в это состояние, она размывает собственный смысл. Может быть, один или два раза… максимум – три. Дальше она утеряет тот смысл, который должна принести.

Ее Высший не появится.

– Но он появлялся!

– Вот именно. Потеряв смысл Миланы, вы измените собственную реальность и потеряете возможность вернуться.

– Понял, – сказал я. – Спасибо. Я понял. Может быть, я могу узнать еще что-то? Кто отослал нас сюда? Как вернуться? Лихачев живой? Продавцы в этом замешаны?

– Хорошие вопросы, – одобрительно сказал Карир. – Но ответить я не могу. Чужие ответы опасны, тебе придется найти свои. К тому же… мне кажется, ты уже обо всем догадываешься. Только не хочешь себе в этом признаваться.

Он засунул палец в рот, сосредоточенно пососал, протянул ко мне руку и повозил пальцем по лбу. Я невольно вспомнил, как в детстве мама таскала меня в церковь (был у нее не очень долгий период, когда она решила, что верит в Бога), и священник чем-то мазал мне лоб.

– Это какой-то ритуал, Высший? – спросил я. – Или вы мне что-то даете так?

Карир хихикнул.

– Нет. Просто ты смешно морщишься, когда я мажу тебя слюнями.

Да, этот Высший определенно был веселее нашего.

Но он тут же посерьезнел.

– Я желаю всем вам удачи.

И покиньте мою Вселенную. Иначе может случиться так, что мы встретимся не друзьями.

– Постараемся, Высший, – сказал я.

Что меня дернуло – не знаю. Но я протянул руку и потрепал легкие, будто пух, волосы.

Карир рассмеялся и побежал прочь – к маме.

Я ощутил, как что-то немыслимо сложное, огромное и могучее исчезло. Время снова двинулось, странная местная птица с цокающим пением пролетела над головой, маленький тэни пронзительно закричал:

– Ма-а-а-ма!

– Вы его отпускаете? – спросила Мар. Похоже, она не заметила остановки времени.

– Конечно, – ответил я. – Видите, он же нашел маму.

– Так чем был ценен мальчик? – нахмурилась комендант.

– Он же ребенок, – нагло ответил я. – Тем и ценен. Мы его спасли.

Мар буравила меня взглядом.

– Хотите, так проверьте, – продолжил я. – Мы малыша отбили у танцора, ну и как бы приняли на себя ответственность!

Милана подошла к матери Карира, обнимавшей сына, они заговорили. Я поразился было тому, что она знает язык тэни, но понял, что это следствие слияния.

– Мы проверим, – пообещала Мар.