Лихие. Смотрящий (СИ)

Административный корпус завода, в котором едва теплится жизнь. Итээровцы еще ходят сюда по привычке, но задним умом уже понимают, что ходить сюда не надо, потому как голодная смерть — штука очень мучительная. Облезлый трехэтажный корпус с висящими под окнами гробами кондиционеров не производил впечатления места, где сгинуло несколько мешков денег. Но, тем не менее, это было именно так. И даже люди, которые это сделали, все еще находились здесь. Так доложил боец, который отработал этот адрес.

— Двое со мной, двое здесь, — скомандовал Штырь и вошел в здание, отодвинув в сторону дедушку-вахтера. Вахтер робко пискнул что-то о пропуске, но взглянув в оловянные глаза посетителей, решил, что проявлять принципиальность за копеечную зарплату — это перебор, и сделал вид, что его тут нет.

Второй этаж, комната четырнадцать. Это здесь. Штырь решительно открыл дверь и вошел.

Чернявый мужичок лет тридцати пяти взглянул на него недоуменно, но быстро понял, кто почтил его визитом, и зашарил по столу, пытаясь дотянуться до телефонной трубки. Впрочем, к нему народ зашел опытный, потому что витой кабель был тут же вырван из аппарата, а напротив него сел огромных размеров парень с тяжелым взглядом равнодушных серых глаз.

— Авизо, — произнес вместо приветствия Штырь. — Дон-банк. Деньги придется вернуть. Фирштейн? Или нужно прояснить последствия?

— Я не понимаю, о чем вы…

— Значит, придется прояснить, — вдохнул Штырь и кивнул пацанам. Те отточенным движением приподняли клиента, защелкнули на руках наручники и перекинули через цепочку плащ, висевший тут же, на вешалке.

— С нами поедешь, — спокойно сказал Штырь. — Вернешь деньги — будешь жить. Не вернешь или начнешь крутить луну — умрешь. По коридору идешь спокойно. Вертухаю на выходе улыбаешься и показываешь целые зубы. Потом садишься в машину, и мы с тобой едем в тихое место, где все обсудим.

— Вы делаете ошибку, — простучал челюстями незадачливый коммерсант. — Я не имею к этому отношения…

— Да? — удивился Штырь. — Паспорт!

Один из парней достал паспорт из внутреннего кармана бизнесмена и подал боссу. Тот полистал его с задумчивым видом и поднял на собеседника недоумевающий взгляд.

— Я же тебя насчет крутить луну предупреждал! — укоризненно посмотрел на него Штырь. — Ты это! Магомед Исаевич Фархутдинов. Одна тысяча девятьсот пятьдесят восьмого. Тебе доверенность показать, по которой ты деньги снял?

— Я выполнял приказ! — заюлил коммерсант. — Вы не понимаете! Там такие люди! Им нельзя отказать!

— Хорош воздух колыхать! — скомандовал Штырь. — Поехали! Будешь вести себя неправильно, наведаюсь по месту прописки и поищу деньги там. Все понял?

Он понял и раскололся до жопы почти сразу.