Лихие. Смотрящий (СИ)

Толян вытащил из кармана два клинышка и подсунул их под низ ворот, забросав погуще грязью. Впрочем, увидеть их было почти невозможно, потому как на Подмосковье упала ночь, а фонари рядом чьими-то стараниями оказались разбиты. Так-то это дело полезное, но на сей раз стремление к скромности сыграло с парнями в ангаре злую шутку.

Внутри склада ревел мотор, а ворота лязгнули запорами, замыкающими верх и низ. Изнутри навалились, чтобы распахнуть створки, но они стояли насмерть. Ворота покачали раз, другой, третий, но сделать так ничего и не смогли. Из калитки вышел заросший до глаз мужик, который что-то негромко сказал. Наверное, позвал часовых. А не обнаружив их на месте, что-то крикнул в глубину ангара. Оттуда вышли еще двое, и они все стали озадаченно оглядываться вокруг. Жители жаркого юга снова подергали ворота, а когда те не поддались, загалдели и стали махать руками. Наконец, кто-то из них догадался и ушел внутрь за лопатой, а двое, вытащив пистолеты, начали обходить здание по кругу. Там-то их и убрал Толян, после чего подошел к тому, который расчищал грязь под воротами и теперь с озадаченным видом разглядывал деревяшки под створками. Он все понял быстро и рванул в ангар, но поймал пулю и упал прямо у входа.

— Эй! — постучал Штырь рукоятью пистолета в железную воротину.

Впрочем, здравый смысл еще не покинул его окончательно, и он сделал это, стоя за каменной стеной. И, как оказалось, не зря, потому что внутри короткой очередью рыкнул автомат, а металл-тройку украсила аккуратная россыпь отверстий, через которые пробивался электрический свет. Получилось симпатично, видимо, извилистый ход ствола хотел повторить рисунок созвездия Дракона.

— Хорош палить, черти! — крикнул Штырь. — Мусора приедут и повяжут вас! Давай побазарим!

— Я тебе сердце вырежу, шайтан! — раздался голос изнутри. — Ты брата моего убил. Не жить тебе, отвечаю!

— Деньги брось сюда и валите на все четыре стороны! — сделал неловкую попытку Штырь, но внутри только расхохотались.

— Тогда, чертила, я тебя гранатами забросаю! — разозлился Штырь.

Ответа не последовало, и он, ведомый одним лишь инстинктом, резво отскочил в сторону. И вовремя. Туда, где он только что стоял, с грохотом ударила трехметровая створка. КАМАЗ, ревя от насилия над движком, вырвался наружу, протаранив ворота. Захлопали выстрелы бойцов, стоявших с двух сторон, и машина, обиженно урча, обняла собой фонарный столб. Передняя дверь распахнулась, и оттуда бессильно выпал еще один бородач без признаков жизни. Его напарник, сидевший справа, ударился лбом о приборную панель. В районе его виска запеклась точка входного отверстия.

— Склад проверить! — скомандовал Штырь.

— Чисто, шеф! — услышал он через пару минут.

— Фургон! — показал Пахом. — Только аккуратно.