Лихие. Смотрящий (СИ)

Впрочем, он об этой милой детали биографии Юле не сообщал, дабы не натолкнуть ее на несвоевременные мысли. Как бы ни была сейчас моя секретарша заторможена, девка она вполне неглупая, и могла обо всем догадаться.

— Слушаю, — равнодушно ответила она, напоминая своей бледностью фарфоровую куклу. — Я уже все запомнила.

— Твоя задача? — спросил Рома.

— Сказать им, — послушно повторила Юля, — что видела тело Сергея Дмитриевича и что он оставил у меня пакет с водкой. Он хотел ее на какую-то встречу в Сакуру взять, но забыл. Передать водку и попросить денег, чтобы уехать…

— А потом? — спросил Копченый. — Когда они тебе скажут идти домой и ждать звонка?

— Потом я должна уйти из ресторана, сразу же сесть на поезд и забиться в ту жопу, из которой приехала, — не меняясь в лице, мерно пробарабанила Юлька. — А еще лучше — уехать туда, где меня никто не знает, и где искать не будут. Потом перекрасить волосы, изменить прическу и выйти замуж за любого алкаша, чтобы взять его фамилию. И, возможно, тогда я, сука конченая, сдохну в своей постели. Потому что убивать меня, бля, западло. Только пачкаться о такую мразь порядочным пацанам.

— Во бля, память! — восхитился Копченый. — Слово в слово повторила! Не зря кастинг прошла! Пошли, что ли?

Юля послушно встала и надела короткую шубку, подаренную любимым человеком. Вот как раз его изрешеченное пулями тело она видела своими глазами, и это зрелище совершенно раздавило ее. Получается, что Хлыстов, которого ее исподволь заставили ненавидеть, оказался прав в каждом слове. А любимый Андрюша врал ей с самого начала. А если так, то ее точно убили бы. И, скорее всего, любовь всей ее жизни сделал бы это сам, своими руками… Как тут не тронуться умом? Юля шла в сторону метро, механически переставляя ноги. Впереди нее, и позади тоже, шли люди Копченого. Она это знала точно. Да, собственно, от нее этого и не скрывали. Ее доведут до самого ресторана и дождутся, когда она выполнит задание. После этого она свободна… В том смысле, что превращается в загнанного зверя, который прячется по самым темным углам, опасаясь каждого шороха. Вот и Сакура! Юля переложила пакет в другую руку и решительно вошла внутрь.

— Время пошло, — сказал Рома, который включил секундомер на японской Сейко, которая обвивала его запястье. — Пять минут хватит.

— Давай дадим ей шесть, — лениво ответил Копченый, глядя из слухового окна, что было на чердаке через три дома. Смотрел он в бинокль, и Юльку видел совершенно отчетливо.

— Думаешь дать ей шанс, босс? — испытующе посмотрел на него Рома. — После того, что она сделала? Может, зря все-таки?

Копченый промолчал, напряженно вглядываясь через окуляры в темень улицы, слегка освещенную фонарями и яркой вывеской ресторана. Он ждал.