Люблю тебя (СИ)

— Так это правда, что у тебя пятьдесят лямов баксов? — не унимается.

Деньги Никиты не дают Илье покоя весь вечер. И не только Илье.

— Да я не знаю, если честно… — очевидно, что Никита не хочет отвечать. — Я никогда не считал свои деньги. Мне там приходит что-то на карточку. Я особо не смотрю. Я играю в футбол не ради денег.

— А в рекламе снимаешься ради денег?

Закатив глаза от невоспитанности Ильи и не дожидаясь ответа Никиты, иду к своему месту за столом. Открываю сумочку, достаю телефон и обмираю. Шесть пропущенных вызовов от начальника!

Блин! Блин! Блин!"

"Коля же велел быть на связи, когда отпускал с работы пораньше.

Стремительно выбегаю из зала, беру в гардеробе пуховик и выскакиваю на улицу. Морозная ночь приятно освежает раскрасневшееся от духоты и нервов лицо. Отхожу от двери ресторана на пару метров, приваливаюсь плечом к зданию и звоню начальнику.

— Лиль, ну какого хрена? — раздается в трубке его возмущённый голос.

— Коль, прости, не слышала. Что-то срочное? У главного редактора вопросы по моему репортажу?

— Нет, с репортажем все нормально, уже заверстали в газету. Витя заболел, берет больничный.

В понедельник сходи вместо него на соревнования по фигурному катанию. Надо будет написать текст и взять интервью у одной фигуристки.

— Да, конечно.

— Напиши ему. Он тебе скинет, куда ехать и у кого интервью брать. Вопросы ещё на согласовании, их скорее всего в понедельник утром утвердят. Но ты все равно на выходных подготовься, почитай про эту фигуристку, чтоб в теме быть и понимать, кто перед тобой.

— Хорошо, я напишу Вите.

Кладу трубку и хочу написать сообщение коллеге, как слышу хлопок двери ресторана за спиной. И снова по позвоночнику ползёт тот самый озноб.

Резко разворачиваюсь и встречаюсь с пронзительным взглядом Никиты.

— Как ты, Лиля? — спрашивает после паузы в несколько секунд.

Я понимаю: в этот вопрос Никита вкладывает намного больше смысла, чем в ресторане, когда интересовался, как мои дела.

Глава 4. Шок-контент

Лиля

— Да нормально, Никит. Живу, работаю.

Я выбежала на улицу без шапки, дует ветер, поэтому ёжусь от холода. Никита вовсе в расстегнутой куртке стоит. Тоже, видимо, торопился.

— Кем работаешь?

— Спортивным журналистом в газете. Пишу про легкую атлетику и летние виды спорта.

Его правая бровь удивленно ползёт вверх.

— Журналистом? Ты разве хотела стать журналистом?

— Нет, но так сложилось.

— Тебе нравится?

Пожимаю плечами.

— Уже привыкла.

Никита с пониманием кивает. На несколько секунд воцаряется тишина, прерываемая только проезжающими мимо машинами и голосами прохожих.

— Ты замужем?

Вопрос звучит так же неожиданно, как выстрел средь бела дня. Таращусь на Свиридова, думая, что ослышалась. Когда понимаю, что услышала верно, меня начинает разбирать смех.