Люблю тебя (СИ)

 — Лиля… — тихо говорит на ухо и ведёт носом по моей коже на щеке. — Столько лет…

Его объятие становится ещё крепче. Он сжимает меня так сильно, что, кажется, сейчас треснут кости. Никита падает лбом мне на сгиб между шеей и плечом, глубоко втягивает воздух и задерживает его в лёгких.

Что он творит!? На глазах у всех! На нас же таращатся!

— Привет, — отвечаю и делаю резкий шаг назад, выпутываясь из его объятий. Цепляю на лицо улыбку. — Рада тебя видеть, Никита!

Это все как будто не со мной происходит. Как будто не Никита стоит передо мной. Как будто не Никита прижимал меня к себе две секунды назад.

— Ну чего все встали, как вкопанные! — Ульяна сообразила, что меня срочно нужно спасать. — Давайте все выпьем за встречу! Никита, тебе что налить?

— Я буду сок, — наконец-то отвлекается от меня, что позволяет мне вдохнуть и выдохнуть.

— Сок!? У нас таких напитков нет. Самое легкое — вино.

— Не, ребят, сорри. Алкоголь вообще не пью. Если сока нет, тогда воду.

— Не пьёшь вообще алкоголь!? — изумляется Вова. — Да не гони. Вино ты всегда пил.

— Уже давно не пью.

— Почему?

— Потому что у меня в контракте с клубом написано, что я не должен пить алкоголь."

"— А мы твоему клубу не скажем.

— Нет, ребят, извините. Алкоголь не пью даже в отпуске. А сейчас я и не в отпуске. У меня завтра в девять утра тренировка.

Автоматически перевожу взгляд на часы на запястье. Девять вечера.

На часы смотрю не только я, потому что Илья тут же задает вопрос:

— Тренировка в Москве со сборной?

— Нет, в Мюнхене с клубом. Я только что прилетел, пару часов с вами побуду и полечу обратно. Не могу пропустить тренировку. И тем более не могу явиться на неё с перегаром.

Воцаряется молчание. Слова Никиты прозвучали так, как будто он проехал к нам пару остановок на автобусе, а не летел на самолёте из далекой страны.

— Ну, воду так воду, — Ульяна снова спасает ситуацию. — Давайте уже выпьем!

Присутствующие бурно поддерживают это предложение. Все берут в руки бокалы, Никите дают стакан воды. Даже я держу в руках свое недопитое шампанское. Все ещё не верю в происходящее. Это точно не сон? По-моему, самый настоящий кошмар. Побыстрее бы проснуться.

Вот только я не просыпаюсь.

Никита чокается с каждым и медленно приближается ко мне. Первый порыв — залпом опустошить бокал, чтобы не ударяться с ним стеклом. Усилием воли останавливаю себя. Ну что за детский сад, в самом деле? Нет, я не буду демонстративно воротить нос и показывать обиду. Во-первых, и обиды никакой уже давно нет. Осталось только безразличие. Во-вторых, не для того я пять лет ходила к психиатру и пила антидепрессанты, чтобы сейчас трусливо бежать. Я спокойно могу вынести пару часов в обществе Никиты. Я ведь больше его не люблю.