Любовь и прочие яды (СИ)

– С такими-то ингредиентами не мудрено, – усмехнулся парень, беря второй стакан.

Антидот получился милого зелененького цвета, пах чем-то средним между помоями и розами и обещал незабываемый вкусовые ощущения.

– До дна? – поднял бокал Винсент.

– До дна, – кивнула я.

Мы чокнулись и выпили по целому стакану омерзительного на вкус, вид и запах зелья.

И ничего не произошло!!!

Ну, то есть, никаких рассыпающихся вокруг меня магических сердечек, никакого падения розового тумана с глаз, никаких эмоциональных качелей – ничего.

Вообще.

Совсем.

– Ну как? – осторожно поинтересовался Винсент, немного зеленоватый после антидота.

– Никак, – пожала плечами в ответ, чувствуя себя примерно так же, как парень выглядел.

– Может, мы ошиблись в чем-то? – нахмурился маг.

– Исключено!

– Почему это?

– Потому что тогда придется варить и употреблять все это заново, а я не готова ни морально, ни физически!

Парень с сомнением посмотрел на меня, но спорить не стал. В конце концов, варить второй раз прямо сейчас антидот никто из присутствующих был не готов, так что мы убрали за собой лабораторию, выкинули бутерброды, от одного вида и запаха которых меня мутило, и разошлись по комнатам.

Ну, то есть Винсент проводил меня, а потом ушел к себе с выражением крайней задумчивости на лице.

Я же распахнула окно в комнате настежь, чтобы выветрить приторно-сладкий запах цветов, от которого желудок то и дело подкатывал к горлу. Оперлась на подоконник и даже на улицу высунулась. Отчаянно не хватало воздуха, как будто у меня на груди лежал тяжеленный камень.

На улице шел сильный снегопад, и порывы ветра то и дело забрасывали снежинки в открытое окно.

Они таяли, не долетая до пола, таяли, касаясь моей кожи, таяли, путаясь в волосах и складках одежды. А я стояла, смотрела в ночную тьму, плохо освещенную городскими фонарями, и думала о том, что нужно выбросить последнюю оставшуюся конфетку вместе с цветами. Что стоит держаться подальше от боевых магов. Всех, без исключения. И что с Винсентом теперь меня больше ничего не связывает.

При мысли о Винсенте я даже в голове его прекрасный образ нарисовала. Ну, прямо скажем, не такой уж он был и прекрасный – образ как образ.

Обычный парень. Симпатичный – да, наглый маг – да, но любовь всей моей жизни? Да ну, ерунда какая-то.

Сообразив, что у меня больше нет щенячьего восторга при мысли о Руэда, я почувствовала непередаваемое облегчение. Настроение из тошнотворного стало великолепным, и я закружилась по своей крошечной комнате в импровизированном танце.

Сработало, сработало!!

А потом вдруг я поняла, почему братья на следующий день после попоек лежали полумертвые, и даже дядюшка-некромант не смог бы их поднять.