Любовь и прочие \

— Ага… Оль?

— Что?

— Мне кажется, пора заканчивать с разговорами.

Ольга вздрогнула. Обхватила руками плечи.

— Да, ты прав. Уже поздно… Я и сама собиралась домой.

— Домой?! — возмутился Тихон. — Ага… Сейчас! Про жаркий секс навешала мне лапши, а теперь в кусты? Разбежалась… Ну-ка, иди сюда!

Глава 10

Ольга с трудом перевела дыхание. Одно слово — и все. Как будто кто-то просто отнял ее воздух. Низ живота наполнился приятной, почти не знакомой ранее тяжестью. И стало совершенно неважным то, что еще недавно целиком и полностью занимало все её мысли. Например, почему Гдальский прикидывался простачком, хотя на деле являлся одним из наиболее видных предпринимателей в сфере строительства. И, естественно, не хуже ее самой знал и о кредитах, и обо всей остальной внутренней кухне тоже.

Господи, о чем она думала в такой-то момент?!

Ольга взволнованно облизала губы. Бросила на Тихона взгляд из-под длинных ресниц. Судорожно сглотнула. Испуганная силой его желания, но готовая ей покориться.

Не понимая, почему она медлит, Гдальский первый шагнул навстречу. Он двигался плавно, как будто перетекал из одной точки пространства в другую, и Ольга следила за этим перемещением, отмечая, как подрагивают крылья крупного породистого носа мужчины, как тяжелеют его веки, как в тонкую ниточку сжимаются губы и перекатываются под кожей желваки.

— Тихон… — пискнула она."

"— Тихон, Тихон… — повторил он зачем-то. А потом протянул огромную ладонь и, обхватив в чашу ее затылок, осторожно погладил большим пальцем скулу. Медленно склонился к шее. С шумом вдохнул ее аромат и… поцеловал. Ольга всхлипнула. Уж она не знала, кто придумал это идиотское сравнение физического желания с бабочками в животе, но лично в ее случае речь скорее шла о не жравших как минимум месяц птеродактилях. Несмотря на щемящую остроту момента, Ольга рассмеялась глупости пришедшего в голову сравнения. А потом, ни секунды больше не медля, вернула Тихону поцелуй. Посасывая и покусывая его твердые губы, вдруг ставшие такими нежными, играя с его языком.

Шум дыхания и грохот сердца заглушали собой все другие звуки. Тело пронзали раскаленные молнии. Она дрожала, плавилась в его руках, которые стали такими бесцеремонными. Кажется, они были повсюду…

— Тихон, — всхлипнула Ольга, потираясь об него всем телом. Не имея никакой возможности отказать себе в этой малости.

Ладони Гдальского разжались на попке и скользнули по бедрам вниз под платье.

— Чулки… — просипел он, невесомыми касаниями поглаживая кружево.

— Нравится? — задыхаясь, спросила Ольга.

— Угу… — невнятно пробормотал он. Толкнул ее к столу, за которым они совсем недавно ужинали. Развел ноги в стороны и опустил взгляд.

Именно такого мужчину она и хотела. Большого, сильного, властного.