Любовь и ветер

Он хотел добавить что-то еще, но вдруг перешел на свой родной язык и, пока Джесси пыталась понять хоть что-то, поцеловал ее.

Она была поражена и так испугалась, что не пыталась сопротивляться.

Наконец Маленький Ястреб ее отпустил и посмотрел на нее с бешеной страстью. Потом улыбнулся — он завоевал ее.

— В твоих глазах — небо и лес вместе. И когда ты сердишься, твои глаза загораются, точно звезды. Но тебе следует научиться сдерживаться, Похожая На Женщину. Моя первая жена — женщина мягкая, и она не сумеет понять твоих эмоций, бушующих как шторм.

— Тебе не о чем беспокоиться, — с горячностью сказала Джесси. — Я никогда не встречусь с ней. Никогда! А к вигвамам я дойду одна. Спасибо.

Она попыталась обойти его, но он схватил ее за руку.

— Тебе так не нравится, что у меня есть одна жена? — спросил он тихо.

— Конечно.

— Но я же могу любить вас обеих.

— Я знаю ваши обычаи. Но я — из другого мира. И я не смогу делить мужа с кем-то еще и быть счастлива.

— Тогда я оставлю первую жену.

— Ты не осмелишься! — воскликнула девушка. — Я не смогу с тобой жить, если ты это сделаешь. Ты обязан о ней заботиться.

— Да, но я хочу тебя, Похожая На Женщину.

Джесси едва не закричала, но сдержалась.

— Слушай, я даже не девственница, — сказала она тихо, и щеки ее порозовели. — Так что забудь обо мне и…

— Это не имеет значения!

— Не имеет? — недоверчиво спросила она.

— Нет.

Больше ей нечего было сказать. И она, оттолкнув его, побежала по тропинке. Он крикнул ей вдогонку:

— Сну не сдаются так легко! Слышишь, Похожая На Женщину?

— Значит, научатся! — крикнула ему в ответ Джесси.

Она слышала, как он засмеялся, и побежала еще быстрее и не останавливалась до самого вигвама Бегущего С Волком.

Глава 16"

"Чейз медленно приходил в себя. Из-за тупой боли в голове ему казалось, что он опьянел и не может понять, где он. Плечи ныли, руки одеревенели. Что за черт? Он открыл глаза. Вокруг стояли вигвамы, группа индейцев у костра неподалеку от него. Он попытался пошевелить рукой, но в запястья врезались ремни из сыромятной кожи. Его пронзила такая сильная боль, что он все вспомнил. Чейз застонал. Лучше бы он не просыпался.

Один из индейцев, услышав его стон, показал на него другим. Двое поднялись и подошли к нему. Чейз сидел на земле, его руки были привязаны к бревну, а спина притянута к дереву веревками.

— Ты нарушил договор, белоглазый, — сказал высокий мужчина, — за это понесешь наказание. Но сначала скажи — кто послал тебя шпионить за нами?

Чейз не признал в говорившем того индейца, которого видели у залива. Он обратил внимание на его голубые глаза, на неиндейское строение лица, и у него затеплилась надежда.

— Ты наполовину белый?

— Ты должен отвечать на вопросы, а не задавать их, — прохрипел тот.