Любовь к драконам обязательна

"

"— Тереза, тебя вызывал Том, — остановилась возле моего стола светловолосая госпожа «лучшие продажи прошлого года». — И еще три раза заходили, спрашивали про счетоводов. В следующий раз оставляй на столе записку, а то приходилось отвечать.

— Угу… записку, — рассеянно повторила я, будто действительно приняла близко к сердцу наставления первостатейной стервы.

Поднявшись, разгладила платье, поправила шарфик и, мысленно осенив себя божественным знамением, направилась в конец зала, где была раскрытая дверь в каморку начальника Тома Потса. Сослуживцы меня провожали с жадным любопытством во взглядах.

Я замерла на пороге. Пришлось постучать два раза, прежде чем шеф меня заметил. Потс был лысеющим невысоким мужчиной в идеально отглаженном костюме и со значком «Драконы Элроя» на отвороте пиджака. К слову, конторским значком он страшно гордился, и я видела, как однажды полировал носовым платком.

— Можно?

— Проходите, госпожа Амэт, — указал он на неудобный стул перед рабочим столом.

Ну, точно конец! Если бы разговор предстоял приятный, как в прошлый раз, когда Том Потс уламывал меня на проклятущую командировку в Ватерхолл, то предложил бы посидеть в мягком кожаном кресле перед кофейным столиком, а сам разместился напротив.

Но было указано на жесткий, скрипучий стул.

Чувствуя себя висельником на эшафоте, я присела на краешек и скромно сложила руки на коленках. Лак облупился уже на четырех пальцах, а за переживаниями я забыла это безобразие стереть! Пришлось сложить пальцы в замок, спрятав непотребность.

— Опаздываете на службу? — попенял Потс.

Мы одновременно посмотрели на висевший под потолком настенный хронометр.

До начала рабочего дня еще оставалось двадцать минут. Наставник пожевал губами, осознав, что сел в лужу (на самом деле он в ней поселен навечно, но сказать об этом никому не хватает духу).

— Вчера днем в загородном клубе я доедал вкуснейший стейк с кровью…

На «стейк» мой живот отозвался голодной трелью, громко, отчетливо и жалобно, как будто я неделю не ела. Мы с Потсом сделали вид, будто конфуза не случилось, но какая, однако, жестокость говорить о еде человеку, не успевшему позавтракать! Почему нельзя отчитывать без гастрономических подробностей?

— Но был вызван в контору, чтобы поведать, что случилось на совещании в Ватерхолле, и тут выяснил, что господин ди Элрой знает даже больше меня.

Неудивительно, сам в загородном клубе жевал отбивные с кровью, а серьезную встречу взвалил на хрупкие плечи стажера! Я молчала, как вражеский лазутчик на допросе, хотя, подозреваю, лучше бы с подобным усердием держала язык за зубами в Ватерхолле, в полете… и вообще. Щеки, шея и даже уши горели, словно меня поджаривали в адском пламени.