Любовь не обсуждается

Несколько минут прошли в напряженной тишине под нетерпеливые вздохи, стоны и чмоканья. Саша отступил сам.

– Вообще, я на чай приехал, – улыбнулся он.

– Не могу, – ответила ему с сожалением. – У меня подготовка к сессии, а я много пропустила из-за болезни.

– Подождать не может?

Я пожала плечами и покачала головой. Странное дело, но я бы хотела провести день с Сашей. С ним мне было легко и интересно.

– Давай в другой раз, – предложила я.

– В другой так в другой, – согласился он, попрощался и ушел.

А через пятнадцать минут я уже была в башне. С лекциями засиделась допоздна, а когда выползла из душа, на кровати лежал Никита.

Я вскрикнула, роняя полотенце.

– Привет, – хриплым голосом пробормотал он, и я поняла, что Тобольский пьян.

Вот еще один неприятный момент. Я понятия не имела, как вести себя с нетрезвым мужчиной, но знала, что в подпитии они все неадекватны.

– П-привет… Что ты тут делаешь? Почему не дома?

– Катя не любит, когда я выпиваю, – поморщился Никита.

– Катя – жена?

Он кивнул.

– Знаешь, я тоже не люблю, – осторожно произнесла я, поднимая полотенце и убирая его в сушилку.

– А тебя никто не спрашивает… Не одевайся. Ложись.

Его большая ладонь похлопала по кровати рядом с собой. Я судорожно сглотнула, не представляя, к чему готовиться и как обороняться.

Но кажется, Тобольский устал не меньше моего, поэтому когда я села рядом, он просто обхватил меня, прижал к себе, слепо тычась губами в плечо и шею, и почти сразу же уснул.

Я минут тридцать лежала в напряжении, пока не убедилась, что это до утра, раньше Никита просто не проснется. Только тогда расслабилась и уснула.

Утром металась по кровати от необычных для себя ощущений.

Мне хотелось проснуться, но продолжало затягивать в водоворот сладостных грез. Хотелось выть, но из горла вырывались страстные хрипы. Хотелось замереть, чтобы не пропустить ни одного волнующего движения между ног, но я извивалась, не в состоянии вытерпеть наслаждения.

В моем сне между ног плескались рыбки, задевая меня плавниками и тычась губами. Я смеялась от щекотки и пыталась отогнать их.

Почему я плаваю голой?..

Рядом плавает Саша. Я смущаюсь и пытаюсь присесть в воду, но там эти вездесущие рыбки. Мне приятно и стыдно. А еще я не хочу, чтобы Саша догадался, что сейчас происходит. Но когда он приближается, в его зрачках плещется жидкий огонь. Я бросаюсь на него, как ненормальная. Целую, обнимаю, обвиваю ногами.

Теперь внизу меня ласкают не рыбки, а его пальцы. Это пошло и порочно, но так сладко…

Саша наклоняет голову к моей груди и втягивает в рот сосок, я задыхаюсь и издаю совершенно неприличный стон. Ему можно делать что угодно, если это будет так прекрасно! Я отбрасываю смущение и растворяюсь в новых непонятных мне чувствах.