Любовь не обсуждается

Теперь то я имела полное растяжимое представление о том, что происходит между мужчиной и женщиной, как она себя при этом чувствует.

На удивление внизу живота приятно потянуло. Даже мурашки побежали по бедрам, заставляя вздрогнуть от неожиданности.

Да ладно? Почему я так странно реагирую всего лишь на воспоминание о фото члена?

Или это реакция на Сашу?

Почему я вообще загоняюсь этими мыслями? Не проще ли переключиться на приятное?

Из приятного, мои встречи с Никитой продлятся недолго. Я вернусь в общагу, к своей привычной жизни. Восстановлю документы, дождусь возвращения родителей из экспедиции и уеду к ним. Закончу учебу в Штатах. Так всем будет проще.

Но на все это нужно время и деньги. А я все же буду скучать по квартирке и обильном и дорогом питании из ресторана. Эх…

– А разве он тебе не дает наличку? – спросила Гелька, когда я поделилась с ней своими мыслями.

– А разве должен? У меня же карта.

– Ты могла бы каждый день снимать с нее нал и копить. Он свалит, а денежка останется, – учила она. – Чего ты как маленькая?

Я фыркнула. Сложно объяснить, почему я раньше не снимала деньги – боялась спровоцировать Тобольского. Но теперь, когда потерянного не вернуть, снова боюсь, теперь привлечь нежелательное внимание к моему хомячеству. Ведь он заметит и спросит, зачем мне деньги. Пять тысяч каждый день. И что я ему отвечу?

– Скажешь, что девочки не могут без денег. На ноготки нужно, на прически… Придумай чего-нибудь!

– Легко тебе, – разозлилась я на подругу. – Но мы обе знаем, что если ему не понравится, отвечать мне придется!

Вот тут Гельке пришлось согласиться, но разговор заставил меня задуматься о накоплении.

По дороге к банкомату Геля неожиданно дернула меня за рукав:

– Это нормально, что Стас сегодня весь день за нами таскается?

Я оглянулась через плечо и хмыкнула. За нами действительно вальяжно вышагивал Тобольский-младший, раздраженно пиная свою сумку на длинном ремне.

– А точно весь день? Что-то я не замечала.

– Точно-точно. Как его не заметить?

Гелька была какой-то нервной, когда поблизости находился Стас. Вот и сегодня она дергалась больше обычного. Это я Стаса могла не заметить, но перевозбужденное состояние моей подруги я точно чувствовала и теперь расшифровала.

– Хочется ему, пусть ходит. Не обращай внимания. Пока ты со мной, он не подойдет.

– В том-то и дело, – непонятно пробурчала Геля, а на мой вопросительный взгляд ответила: – Непонятно, за тобой или за мной он наблюдает?

От такого ответа стало еще загадочнее:

– За тобой-то зачем? – удивилась я.

– Да так…

После этой отмазки она втолкнула меня в отделение с банкоматами, а сама осталась на улице.