Любовь нечаянно нагрянет

По дороге мы с Мишкой обговаривали планы по изгнанию Пуделихи, посмеивались над некоторыми совсем уж фантастическими идеями и трескали шоколадные конфеты, что завалялись в друга в рюкзаке.

Время уже перевалило за обед, когда мы добрались до моего подъезда.

— Чья это тачка такая? — внезапно спросил Шнурок, приглядываясь, — Ваш дом выкупил олигарх?

Повернула голову в сторону, куда смотрел он, и нервная дрожь пронеслась по телу.

Громов приехал. Ясен пень, что по мою душу.

Вот, только я его видеть пока совсем не готова.

Ускорила шаг в надежде быстренько проскользнуть в подъезд, а там уже дед с Маринкой удержат оборону. Но по закону подлости, поскользнулась на наледи, что образовалась на ступеньках, неловко взмахнула руками и была подхвачена сильными руками Шнурка.

— Куда ты летишь? — засмеялся он, ставя меня на ноги.

И именно в этот момент хлопнула дверь черного внедорожника, а я затылком ощутила обжигающий взгляд.

Чуть повернулась и встретилась с темным, не предвещающим ничего хорошего взглядом Громова.

— Рит! — позвал он, почти замогильным тоном, — Можно тебя на минуточку?

Шнурок неловко выпустил меня из объятий и повернулся на голос мужчины. Удивленно окинул взглядом крупную фигуру Громова, дорогое пальто и покосился на меня:

— Ты его знаешь?

Едва заметно кивнула и потихоньку стала пятиться.

Вот не о чем нам пока разговаривать.

— Стоять! — скомандовал Шурик, а я привычно не стала его слушать и только ускорилась, — Ритка!

Он кинулся было ко мне, но путь ему преградил Миша.

— Тебе чего мужик? Не видишь, девушка с тобой не хочет общаться?

Если бы взглядом модно было убивать, то от Шнурка остались только пластиковые кончики.

— Рит, постой. Нам надо поговорить.

Медленно обернулась и внимательно посмотрела на его бледное, взволнованное лицо.

— О чем? О чем нам говорить? Я уже все услышала от твоей невесты.

Громов на мгновение прикрыл глаза, словно этой фразой я причинила ему физическую боль.

— И все же я настаиваю, — с нажимом упорствовал он, все еще норовя потеснить Шнурка, — Ты не можешь просто вот так сбежать?

Ошибаешься. Могу.

Смотреть Громову в глаза было сейчас выше моих сил. Каждая секунда, каждое биение сердца, болью отдавалось в груди. Горло уже перехватывало тисками удушья — преддверие подступающей истерики.

— Ритка! Постой!

Я быстро вбежала по ступенькам и скрылась за обшарпанной дверью, словно она могла укрыть меня от всех невзгод.

Как он так быстро примчался? Был дома и не обнаружил там меня?

Или невестушка прискакала жаловаться на припадочную родственницу?

Второе было вероятнее всего. Иначе, отчего у Громова был такой заведомо извиняющийся тон, вопреки желанию устроить сцену ревности и набить Шнурку морду.

А то, что он это хотел сделать, я не сомневаюсь.