Любовь в никогдабре

Я выглянул из окна кабинета и стал наблюдать за тем, как на мою лужайку начали приземляться зимородки.

Один, два, три, четыре…

Валерия

«…пять, шесть! Мама дорогая, сколько же вас!» — охала я про себя, наблюдая в окно столовой, как на нашей лужайке маленькие миленькие зимородочки превращались в здоровых дядек в серых костюмчиках. Все как на подбор рослые, плечистые, подтянутые, хоть и видно, что в возрасте.

Зрелище, надо сказать, впечатляющее.

А седьмой-то, седьмой!.. Папа Алексея!

Я наблюдала за тем, с каким важным видом они вышагивали вперед. Грудь колесом, подбородки вперед, а носы чуть до неба не достают. А я еще думала, что мой Алексей — сноб… Да он в жизни не задирал свой нос так высоко, как эти семеро. Пожалуй, более надменных мужчин мне видеть не доводилось. Они шли по дорожке к дому с таким видом, будто у них на головах трехкилограммовые золотые короны, усыпанные бриллиантами, каждый с кулак величиной.

Прямо саммит на высшем уровне! Короли пожаловали! Короны не жмут, интересно?

Я проскользнула из столовой в коридор и тихонько наблюдала, как гости прошествовали в кабинет Алексея. Стало жутко любопытно, зачем они все прилетели, ведь раньше такого не случалось.

Алексей в последние дни ходил мрачнее тучи, зачем-то запретил мне выходить из дома без сопровождения и вообще вел себя престранно. А теперь прилетели эти… цари? Божки? Я даже не знала, как их назвать… Так и представила, как они снимают свои короны и вешают их на вешалку перед входом в кабинет Алексея.

Эх, жаль, мне в этот кабинет не попасть и не подслушать, что они там замышляют. Ведь по всему видно — замышляют, еще как! Алексей так уж точно, больно серьезный у него был вид, когда провожал их к себе. Пожалуй, я такой серьезности в нем еще ни разу не видела, а перевидала я немало выражений на его лице.

Совещались они долго, больше полутора часов.

Признаюсь, ничто, совершенно ничто не могло меня отвлечь от мыслей о гостях. Даже лимонный кекс не отвлек… Да что там, бельгийский шоколад также с задачей не справился. Любопытство обуяло просто до умопомрачения. Никакого спасения от него не было.

«Может, подслушать?» — вдруг пришла в голову коварная мысль.

Так… Леди я или не леди? Леди подслушивать нельзя, а вот не леди… Так ведь давно решила, что не леди…

Я схватила стакан и помчалась в комнату, соседнюю с кабинетом моего драгоценного иннифера.

Алексей

— Я не понимаю! Погибло в общей сумме двадцать женщин… Двадцать! Это вам не шутки!

— И что? — пожал плечами Ефремов, глава клана реки Ея. — Женщины гибнут каждый день по самым разным причинам. Что же нам теперь, с ума сходить, что ли? Ты сам сказал, Алексей, это всё сплошь бывшие хранительницы. Я подчеркну — бывшие!

— Алексей, ну правда, хватит… — Это уже отец.