Любовь в никогдабре

— Нормально, — ответила Злоключение, кое-как поднялась и поспешила уйти.

А мне вдруг стало дико паршиво. Она в своем доме, между прочим! Да, временно, но это ее дом. Она может здесь рассыпать что захочет, бить и вообще делать что вздумается.

Через несколько мгновений я уже догнал Ефремова на повороте и отчеканил:

— Не смей! Не смей повышать голос на мою хранительницу! Никогда…

— Крутов, ты не забывайся, не с рядовым иннифером беседу ведешь. Хранительница должна знать свое место.

Мне дорогого стоило сдержаться и не впечатать кулак в его наглую морду.

— Помнится, ты хотел, чтобы я уступил тебе по сходной цене тот большой магазин в центре Краснодара? Я вспомнил… Я уже пообещал его главе клана реки Москва — столичные инниферы собираются начать торговлю на Кубани…

— Что?! — мгновенно взвился Ефремов. — Антон, твой сын перебарщивает…

— Мой сын всегда принимает верные решения… — вдруг встал на мою сторону отец.

Ефремов полоснул по нам убийственным взглядом и поспешил на выход. Туда ему и дорога.

Интересно, слышала ли нашу перепалку хранительница…

А даже если слышала, что с того? Пусть знает, насколько она мне важна.

Никогда не думал, что буду настолько дорожить женщиной.

Глава 51. Неуклюжая русалка

Алексей

Время — песок… И как я раньше этого не понимал?

Ты за него цепляешься, пытаешься замедлить ход, а оно просачивается сквозь пальцы безвозвратно. Когда конец может наступить всего через несколько недель, по-другому смотришь на вещи.

До инициации пять недель. Их осталось всего пять… И это пугало. Хотя меня, сына главы клана реки Пшеха, мало что в этой жизни могло напугать.

Я сидел в нашем общем кабинете, перебирал бумажки и скрежетал зубами от злости. Мои ищейки не смогли как следует разобраться ни в одном деле о смерти хранительницы, не нашли живым ни одного убийцу. Со свидетелями те же проблемы — либо мертвы, либо в психушке, либо в другой стране, либо и вовсе пропали без вести. Что за нелепые совпадения? Кто-то очень старался замести следы.

У меня сложилось ощущение, будто мы всё время опаздывали на шаг.

В голову закралась мысль, что кто-то из моих инниферов сливал информацию на сторону… Но это уже слишком. Мои люди верны мне. Все они! Я был к ним добр, они служили мне верой и правдой вот уже много лет. И будут служить, когда я пройду инициацию и стану главой клана.

Тошно думать, что среди своих мог оказаться предатель… Еще более тошно было отдавать приказ самым близким, чтобы этого крота вычислить. Посмотрим, что выйдет по итогу.

Продумывая дальнейший план действий, я крутил в руках ручку. Вдруг услышал резкий треск и с удивлением обнаружил, что сломал ее. Вот сколько напряжения скопилось даже в пальцах.