Любовь в никогдабре

Яркое солнце, зеленая трава, осенние листья, снежные хлопья… Этого всего вместе быть не могло, но Краснодар — удивительный город. Здесь иногда четыре времени года сходились вместе.

— Лёш, — пихнула я иннифера в бок. — Кажется, никогдабрь наступил!

Бонусный эпилог

Валерия"

"Я погладила свой выпирающий живот, посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась. Вот уже пять месяцев во мне жила новая жизнь.

Никогда не забуду реакцию Лёши на эту радостную новость.

Мы нежились в кровати вечером, и я вдруг привстала на локте, заглянула ему в глаза и сказала:

— Лёш, надеюсь, ты не приказал выкинуть ту гору сказок и книг для детей?

— Нет, их просто убрали в отдельну… — И он резко замолчал. А потом покраснел, сглотнул и уставился на меня так, будто увидел привидение. — А ты почему спрашиваешь? Т-ты… я…

И я помогла, радостно рассмеявшись:

— Да, любимый, ты и я. Родителями скоро станем.

И тут мой иннифер подскочил с кровати, начал мерить шагами комнату, запричитал:

— И молчала?! Это же надо доктора — пусть всё проверит! Это же надо комнату, вещи, витамины! А вдруг я что-нибудь тебе повредил там? Отдыхать надо больше!

А потом повернулся ко мне, улыбнулся во все тридцать два зуба:

— Лер, это ж я что, папой стану, да?

«Самым лучшим…» — подумала я, кивнула и раскрыла объятия.

И именно потому, как счастлива я была каждый день, как любила свою еще даже не рожденную кроху, всё чаще думала о матери моего иннифера. Я не верила, что она добровольно отказалась от ребенка. Что-то тут было не так — я чувствовала.

Мне часто снилась та женщина с остановки из Апшеронска, которую увидела, когда мы ехали в то место, где я жила с бабушкой. А вдруг это и была его мать? Я должна была проверить.

Конечно, Алексей бы мне не разрешил заниматься ее поисками, поэтому я упросила Тараса, которого он сделал начальником охраны, найти ее.

На это ушел почти месяц, потому что искали мы по большому счету иголку в стоге сена. Но однажды днем Тарас сообщил, что нашли женщину по моему описанию. Зуева Наталья Вячеславовна — так ее звали. И на следующий день, сказав, что еду к врачу, я отправилась в Апшеронск.

***Я стояла у маленького, уже покосившегося голубого домика с облупившейся от времени краской. «М-да, не очень похоже на жилище того, кто продал ребенка за бешеные деньжищи…»

Позвонила в звонок у калитки, но мне никто не открыл. Тогда я села на стоявшую у калитки лавочку, прикрыла глаза и приготовилась ждать. Не уйду отсюда, пока с ней не поговорю!

Через полчаса я сквозь дрему услышала голос:

— Девушка, что с вами? Вам плохо?

Открыла глаза и увидела склонившуюся надо мной Наталью Вячеславовну с пакетами в руках.

— А я к вам! — улыбнулась я и решила сразу начать с самого важного. — Скажите, а у вас был….