Любовь в полдень

Но чем ближе Кристофер узнавал Беатрикс, тем яснее чувствовал спрятанную в глубине души неуверенность, уязвимость. Осознание собственной непохожести на других нередко склоняло ее к одиночеству. Скорее всего особенность коренилась в ранней смерти родителей, а именно матери: оставшись сиротой, девочка решила, что та ее бросила. В какой-то мере сказалось и то обстоятельство, что судьба поставила семейство Хатауэй на неожиданно высокую ступеньку социальной лестницы. Существование среди аристократов не просто предполагало соблюдение строгого свода правил, а требовало определенного образа мыслей, мироощущения и поведения — качеств, воспитанных с рождения. Даже если бы Беатрикс очень старалась, ей все равно не удалось бы достичь врожденной утонченности молодых леди из высшего общества.

И за это Кристофер любил ее еще больше.

На следующий день после предложения руки и сердца капитан Фелан неохотно отправился к мисс Мерсер. Он понимал, что поступил не лучшим образом, и готовился принести извинения. Впрочем, легкое сожаление, которое он мог бы испытывать по поводу невольного обмана, испарилось, едва стало ясно, что сама Пруденс нисколько не раскаивается в собственном двуличии.

Беседа прошла не самым приятным образом, если не сказать большего. Очаровательное личико мисс Мерсер покрылось багровыми пятнами ярости, а кричала она, словно ошпаренная кошка.

— Вы не имеете права бросать меня ради дикой, темноволосой уродины и ее ненормального семейства! Сразу превратитесь в посмешище! Половина этого сброда — цыгане, а вторая половина — сумасшедшие. И все они — грязные крестьяне без связей и манер. Будете жалеть до конца своих дней! Беатрикс — грубая, неотесанная девчонка и нарожает выводок себе подобных!

Стоило Пруденс на миг замолчать, чтобы перевести дух, как Кристофер спокойно заметил:

— К сожалению, далеко не все способны вести себя столь же изысканно, как мисс Мерсер.

Пуля, естественно, пролетела высоко над головой, и обиженная молодая леди продолжала визжать, как базарная торговка.

А тем временем в сознании Кристофера возник иной образ. Нет, вовсе не одно из страшных, мучительных военных воспоминаний, что являлись обычно, а мирная картина недавних дней... спокойное и сосредоточенное лицо Беатрикс в те минуты, когда она лечила раненую ласточку. Бережно привязала сломанное крылышко к невесомому телу и показала, как кормить птицу. Наблюдая за процессом, Кристофер поразился изяществу, точности и силе любимых рук.

И вот сейчас, стоя перед бушующей мегерой, он с сочувствием думал о том несчастном, которому она достанется в жены.

Вскоре в гостиную вошла встревоженная шумом миссис Мерсер и, как могла, попыталась успокоить дочь.