Любовь-война

Он много смеется, а затем начинает рассказывать что-то про недавний баскетбольный матч. Это я понимаю по словам типа «треха», «данк» и «фол», которые то и дело проскальзывают в его речи. Видимо, эти ребята тоже спортсмены.

Когда Шульц говорит, все глядят исключительно на него, некоторые даже рты разинули от любопытства. Со стороны это смотрится довольно смешно, однако совершенно меня не удивляет. Андрей ведь всегда такой – привлекает к себе внимание, как магнит.

Если вы зайдете в комнату, где много людей, то, скорее всего, остановите взор именно на нем. И наблюдать исподтишка тоже будете за ним. Потому что есть в нем что-то эдакое… Харизма, природное обаяние, гипнотическая привлекательность – называете, как хотите. На это не только девчонки ведутся, парни – тоже. Шульц - прирожденный лидер. Остроумный, уверенный, яркий.

Если задуматься, даже немного странно, что мы с ним сошлись. И это я даже не про наши поцелуи говорю, а про дружбу, про детство. Ведь я, в отличие от Андрея, звезд с неба не хватаю. Учусь средненько, выдающимися успехами в общественной жизни похвастаться не могу, да и внешность у меня самая обычная… Не назвала бы себя великой красоткой, симпатичная – да, но на мисс Мира явно не тяну.

Единственное, в чем я реально хороша, так это в волейболе. Без ложной скромности готова признать, что играю мастерски. Но ведь у каждого есть сильные стороны, правда? Не бывает людей, которые бесталанны во всем.

Это я к тому, что по общепринятым глобальным параметрам я довольно середнячковая, а вот Шульц – всегда на первом месте. Во всем. Окружающие уже это как данность воспринимают.

И вот мне интересно, разве подобное не притягивается к подобному? Не должен ли Андрей по закону жанра найти себе топовую красотку, блещущую так же ярко, как и он? Что, если своей симпатией ко мне она разрушает вселенское равновесие?

Если думать об этом всерьез, становится грустно. Потому что, несмотря на всю свою неидеальность, я мечтаю быть особенной для него. В мире, где балом правит конкуренция, где каждый день приходится бороться за оценки, за похвалу тренера, за одобрение родителей, за авторитет среди сверстников, порой так хочется, чтобы кто-то любил тебя просто так. Не за достижения, не потому что ты самый быстрый, самый умный или самый красивый, а просто потому, что ты - это ты. Без дополнительных условий и требований. Хочется, чтобы кто-то подошел к тебе и сказал: «Просто будь собой, мне больше ничего не надо».

И сейчас, анализируя наше прошлое, я понимаю, что именно так Андрей ко мне всегда и относился. Он видел во мне то, что не замечали ни другие дети, ни взрослые. С ним мне не требовалось доказывать свою исключительность, он и без этого о ней знал.

- Крис, иди сюда, познакомлю с друзьями, - обернувшись, зовет Шульц.