Любовь-война

Хотя, стоит отметить, что сегодня от ее былой меланхоличности не осталось и следа: щеки горят лихорадочным румянцем, глаза поблескивают, уголки губ подрагивают в улыбке.

- Марин, ты чего какая довольная? – с подозрением глядя на нее, интересуюсь я.

- Ну как? Дискотека же сегодня, - слегка тушуясь, отвечает она.

И эта туда же. Чего они все с ума-то от этой дискотеки посходили? Подумаешь, танцы… Что в этом такого прям интересного?

Постепенно комната наполняется девчачьим смехом, приторным ароматом ванили и визгливым хохотом – соседки собираются на дискач, как на прием к английской королеве. Примеряют разные наряды, ярко красятся и по сто раз спрашивают друг у друга совета, как им лучше уложить волосы.

Громко фыркнув, откидываюсь на подушку и от нечего делать принимаюсь отбивать от стенки волейбольный мяч. Мне всего этого безумия явно не понять. Юбки, едва прикрывающие зад, блестки, стразы, кислотные блески для губ – не мое это. От слова совсем.

- Кристин, а ты на дискотеку в чем пойдешь? – раздается высокий голос Арины Нарьяловой.

- Ну уж точно не в платье из дерьма единорога, - иронично отзываюсь я, намекая на ее глупый наряд.

- А в чем? – она проглатывает мой сарказм, сделав вид, что не заметила его.

- Да прям вот в этом, - окидываю себя взглядом.

А что? По-моему, я нормально одета. Черная кепка козырьком назад, просторная футболка с надписью «Slipknot» и рваные (так задумано) джинсовые шорты – чем не прикид для танцев?

Соседки обмениваются многозначительными взглядами, но от комментариев вслух воздерживаются. Знают, что мне не составит труда общипать им перышки и разукрасить их лица парой-тройкой синяков.

Когда размалеванные девчонки, сбившись в нервозно хихикающую группку, наконец покидают комнату, я беру в руки телефон и звоню маме для ежедневного отчета. Как дела, что ела, где была, подружилась ли с девочками – стандартный список вопросов моей родительницы, на которые мне каждый вечер приходится отвечать.

Надо сказать, мои доклады не отличаются разнообразностью, и изо дня в день я повторяю маме практически одно и то же. Но это вовсе не потому, что моя жизнь в лагере однообразна, просто я не привыкла делиться с предками подробностями. Не такой я человек.

Попрощавшись с мамой, выхожу на улицу и тут же замечаю на пятачке уйму народа. Похоже, растрясти кости на сегодняшней дискотеке решила вся смена. Тут и мелкие одинннадцатилетки, бегающие друг за другом, и вальяжные старшаки, втихаря от вожатых прикладывающиеся к спиртному.

Из колонок, установленных прямо на асфальте, доносится популярная зарубежная музыка, а у диджейского пункта неистовствует целая толпа танцующих.

Засунув руки в карманы, присвистываю и подхожу ближе.