Любовь-война

Никогда бы не подумала, что скажу это, но сейчас я действительно согласна с высказываниями нашей пожилой соседки тети Любы: молодежь нынче и впрямь бесстыдная!

Матерь божья! Вы только посмотрите, что вытворяют эти девицы! Как призывно изгибаются, какими взглядами смотрят на парней! Разврат! Наглый, вопиющий разврат! И куда только вожатые глядят?!

Я, конечно, не верующая, но при виде этой бесовщины меня так и тянет перекреститься! Не по-божески это все, ох, не по-божески…

Нет, а Шульц-то, Шульц! Сидит, балбес блаженный, зенки выпучил и прямо залип на эту дуру Нарьялову, которая того и гляди одежду с себя срывать начнет! Стриптизерша недоделанная!

Ой, че творит… Че творит! Гривой машет, грудь выпячивает, лыбу давит так, что Шульцу, наверное, даже ее зубы мудрости видны. Прям как кобылица на смотринах, ей-богу!

Пока я мысленно пытаюсь уничтожить Нарьялову и Шульца, которые, как два дебила, пялятся друг на друга, ритмичная музыка сменяется более медленной и плавной, и все присутствующие начинают разбиваться на парочки.

Прямо Ноев ковчег, чтоб его! Сжав зубы, озираюсь по сторонам. Нет, не то чтобы я жажду ощутить чьи-то потные липкие ручонки у себя на талии, но быть единственной девушкой, которую не пригласили на медленный танец, как-то, знаете, не комильфо."

"Но, судя по всему, никто из моих друзей-ушлепков не собирается проявлять инициативу. Вот козлы вонючие! Как в вышибалы поиграть или в картишки переброситься, они сразу ко мне бегут, а как на танец пригласить – все свинтили!

Нервно поджимаю губы и, бросив очередной короткий взгляд в сторону Шульца, застываю на месте.

Твою ж дивизию, пристрелите меня на месте! Он Нарьялову на танец пригласил! Стерву эту крашеную! Прилипли друг к другу, как два слизняка во время спаривания! Аж смотреть мерзко!

Чувствую, как руки сжимаются в кулаки, а на лбу начинает пульсировать вена. И чем только Шульцу нравится эта Златовласка пергидрольная?! У Нарьяловой ж вместо мозгов в голове опилки! Я даже слышу, как они при ходьбе у нее шуршат! Как к такой можно всерьез относиться?!

Но Андрей, очевидно, не замечает ни ее непроходимой тупости, ни того, что ноги у нее кривые-прекривые! Прям колесом! Она на них не ходить, а перекатываться может, сверхспособность настоящая! Этакая кобылица-телега – модифицированный вариант гужевой повозки!

Глотая злость, озираюсь по сторонам и цепляюсь взглядом за пока еще свободного Даньку Петухова. Решительным шагом направляюсь к нему и, приблизившись, выдаю:

- Пригласи на танец!

- Эм… Да я вообще-то Лерку хотел пригласить, - мямлит парень.

- Потом пригласишь! – отрезаю я, притягивая его к себе за футболку. – Никуда твоя Лерка не денется.

Бедный Данька и рад бы отказаться, да боится. Понимает, что в случае чего я и затрещины для него не пожалею.