Любовь-война

Мне все равно, с кем он там целуется и кого угощает сладостями!

«Если это так, то почему тебе сейчас хреново?» - шепчет тихий голос, идущий откуда-то изнутри. Но я предпочитаю проигнорировать этот вопрос. Я боюсь признаться даже самой себе, что, походу, безответно влюбилась в лучшего друга.

Глава 18

Кристина

С каждым днем мои отношения с соседками по комнате накаляются все больше и больше. И если поначалу они просто считали меня странной и шептались за моей спиной, то теперь стали люто ненавидеть. Каким-то необъяснимым образом Нарьялова умудрилась подружиться со всеми девочками нашего отряда, так что для представительниц «слабого пола» я теперь главный антагонист.

Но, если честно, чхать я хотела на их гневные взгляды и гробовую тишину, которая воцаряется каждый раз, когда я захожу в комнату. Мнение этого овечьего стада меня по-прежнему мало волнует. Чего, к сожалению, нельзя сказать о мнении Шульца.

Короткий разговор в столовой, когда Андрей уличил меня во лжи, стал нашим последним диалогом, и с тех пор мы ни разу не общались. Он сосредоточил все свое внимание на Нарьяловой, а я с головой ушла в спортивные состязания, которые, к счастью, проводились регулярно.

Однако, невзирая на занятость, по вечерам после ужина, когда наступало время свободного досуга, я ощущала себя как никогда одинокой. Конечно, я могла присоединиться к компании приятелей, играть с ними в фишки или просто гулять по двору, но почему-то без Шульца все эти занятия не казались мне интересными.

Поэтому я оставалась в комнате, доставала дневник и исписывала его страницы своим размашистым почерком – тосковала по Андрею, жаловалась на Нарьялову и роптала на злодейку-судьбу за то, что мои лагерные будни превратились в ад.

Тогда я еще не знала, что настоящая жесть ждет меня впереди. У меня было мало опыта общения со змеями, поэтому, наверное, я и недооценила степень женского коварства, наивно решив, что Нарьялова просто проглотит ситуацию с изрезанным платьем. Ох, как же я ошибалась.

* * *Изнуряюще-жаркий день подходит к концу, опуская на землю приятную вечернюю прохладу. Закончив очередной волейбольный матч, я неспешно бреду к домикам, чтобы переодеться, и параллельно слушаю разглагольствования Вовки Еремеева на тему электрокаров. Якобы, его двоюродный дядька по материнской линии купил себе такую тачку и заряжает ее от розетки. Я, конечно, с ним не спорю, но все равно думаю, что брешет. Книжек, наверное, фантастических начитался.

Кое-как отвертевшись от Вовкиной навязчивой компании, захожу к себе и расслаблено выдыхаю – в комнате никого, значит, можно черкнуть пару строк в дневнике, который в последние дни занял роль моего лучшего друга.

Сажусь на кровать, привычным движением нахожу пальцами дыру в матрасе и запускаю в нее руку.