Любовь всесильна

— Очень мило!

Пристальный взгляд Чейза медленно скользнул по ее телу, задержавшись на полной груди, и прежде чем она сообразила, что происходит, он нагнулся и поймал ртом ее сосок.

Глория стукнула его по голове и отскочила, стараясь не обращать внимания на сладостную дрожь, пробежавшую по телу.

— Вон отсюда! — крикнула она и, схватив с вешалки купальную простыню, поспешно закуталась в нее.

— Но я не мог не подобрать капли воды с твоей груди. Глория, зачем же так злиться, — протянул он насмешливо.

Глория не разделила его настроения. Она была сердита и взволнована, и меньше всего на свете ей хотелось, чтобы он смущал ее еще и в ванной.

Глория посмотрела на Чейза: до чего же он привлекателен, аж противно, горько подумала она. За последние несколько часов он снова переоделся. Теперь на нем были белые шорты и тенниска без рукавов. Сильные мускулистые руки и ноги, бронзовые от загара, эффектно подчеркивали красоту мужского тела.

— Я рассчитывала, что хоть в ванной смогу побыть одна. Неужели я требую слишком многого? — гневно спросила она.

— Ты, видно, чувствуешь себя гораздо лучше. К тебе вернулся прежний темперамент.

— Я не чувствовала себя плохо, я спала!

Ей хотелось объяснить свое отсутствие на ленче до того, как он спросит.

— Знаю, я заходил и увидел тебя так безмятежно спящей, что лишь накрыл простыней и ушел. Видишь, как я могу быть добр, когда доволен тобою, — ухмыльнулся Чейз.

Так это был Чейз! Это как-то не вязалось с образом безжалостного мужчины, который так внезапно вторгся в ее жизнь.

— Спасибо… — неохотно пробормотала она. — Но я бы предпочла одеться, если ты не возражаешь.

— Не смею задерживать. — И он преувеличенно вежливо распахнул перед ней дверь ванной.

 — Только после тебя.

Трудно выглядеть достойно, когда ты закутана в купальную простыню, а на голове — полотенце, но Глория сделала все, что смогла, и вышла из ванной с высоко поднятой головой, бормоча себе под нос «наглая свинья».

— Я подумал, ты, наверное, голодна, и попросил Марию приготовить поднос с сэндвичами и кофе.

— Не стоило беспокоиться, я не хочу есть, — мужественно отказалась она и, пройдя через комнату, уселась в шезлонг, небрежно взглянув на поднос с едой на столике. — Ты способен у любой женщины отбить аппетит, — мстительно добавила она, но как раз в этот момент у нее довольно громко заурчало в животе.

Чейз запрокинул голову и расхохотался. Губы Глории дрогнули, и она, не удержавшись, хихикнула. Их взгляды встретились, и смех тотчас умолк.

— Ешь, Глория. — Чейз первый отвел глаза. — Через полчаса встретимся внизу, — грубовато скомандовал он и, повернувшись, быстро вышел из комнаты."

"Двадцатью минутами позже, покончив с едой, Глория внимательно изучала свое отражение в зеркале, задумчиво надув губы.