Иван Опалин

В прошлом он воевал, потом сражался с бандами на окраинах бывшей империи, имея в своем распоряжении только устаревшее оружие, в то время как у банд были пулеметы и сообщники в каждом селе. В лице Келлера московский угрозыск приобрел ценного и опытного сотрудника. Он считался хорошим товарищем и был уравновешенным, как истый немец, но если выходил из себя, коллеги предпочитали не показываться лишний раз ему на глаза.

— Я никогда не слышал, чтобы он говорил по-немецки, — пробормотал Иван. — Он же всегда по-русски говорил, и вообще…

— Перед смертью человек часто возвращается к своему родному языку, — сказал Петрович спокойно.

 — Он еще что-нибудь сказал?

В гостиную, по привычке наклонив голову, хотя дверной проем позволял пройти свободно, вошел высокий и худой агент по фамилии Назаров. В пальцах он держал что-то вроде визитной карточки.

— Лежала возле стола, — пояснил он, передав карточку Петровичу. На ней кудрявым, вычурным почерком было написано:

""Работникам угрозыска

на память

от Лариона Стрелка"".

""Это, значит, я скатерть дернул, чтобы Шмидта перевязать, и карточка упала на пол, — мелькнуло в голове у Опалина.

 — А я ее даже не заметил…""

Келлер бросил взгляд на карточку, и его массивная нижняя челюсть дернулась. Он грязно выругался — сначала по-русски, а потом по-немецки.

— Ларион в своем репертуаре, — вздохнул Петрович, возвращая карточку Назарову. — Приобщи к уликам, Валя.

Агент удалился. Половицы под его сапогами пели на разные голоса.

— Мне все-таки интересно, — продолжал Логинов, поворачиваясь к Опалину, — как они это провернули? Ты заметил, что ребята даже не успели оружие достать?

Иван кивнул.

— Странно, очень странно, — продолжал Петрович, потирая подбородок.

 — Все-таки Рязанов — настоящий профессионал… был профессионалом, — быстро поправился он, морщась. — Шмидт тоже. Астахов… ну, любил поспать человек, но сон у него был чуткий. Усов — молодой парень, но тоже не в одной засаде сидел."

"— Да Сонька им помогла, конечно, — вмешался Келлер нетерпеливо. — Как-то их отвлекла и впустила бандитов с черного хода. Или передала Стрелку, что его здесь ждут. Или… — он дернул щекой, крутанул головой, словно отмахиваясь от какой-то неприятной мысли, и его светлые глаза стали злыми, стальными и острыми, как лезвия.

— Шмидт перед смертью еще кое-что сказал, — подал голос Опалин.

— И что это было? — повернулся к нему Петрович.

— Арка.

— Арка? — повторил озадаченный Логинов.

— Ну да.

— И что это значит? — спросил Келлер, нахмурившись.

— Я думал, ты скажешь, — пробормотал Опалин.

— Не тыкай мне, щенок! — неожиданно взвился немец. — Ты пришел, а его убили! Их всех убили, пока ты где-то прохлаждался! Или ты знал? Знал, да? Какого черта?..