Иван Опалин

Розыгрыши, знаешь ли, тоже разные бывают… Что, у него такой характер, что он мог вот так пошутить? Что ты ему сделала?

— Откуда я знаю, какой у него характер? — неожиданно рассердилась Маруся. — Ты представитель власти, ты у него и спроси!

— Это мысль, — вздохнул Опалин. — А где он сейчас?

Выяснилось, что Николай Ярославцев, он же Кока, вместе с родителями вернулся в Москву и в настоящий момент может находиться в их отдельной квартире на Большой Ордынке. Разумеется, это лишь предположение, потому что ничто не мешает непоседливому Коке переместиться в любую другую точку Москвы, но дома, наверное, должны знать, где он, если он куда-то вышел.

— Ну, на Ордынку так на Ордынку, — пробурчал Ванечка.

По пути на Ордынку они сделали остановку в моссельпромовской пивной, где юный помощник агента угрозыска выпил пива, а его спутница — лимонаду. Солнце палило нещадно, раскаляя асфальт и маковки храма Христа Спасителя. Москва-река искрилась белой рябью так, что было больно глазам, и в ней купались беспризорные мальчишки и просто все желающие.

Квартира Ярославцевых была расположена в бельэтаже и Опалину не понравилась сразу же.

Начнем с того, что дверь отворила горничная — самая настоящая горничная, точь-в-точь как в старорежимное время, в фартучке и с наколкой на волосах.

— Уголовный розыск, — мрачно сказал Ванечка и полез за документом.

— Ах, боже мой, уже! — нервно вскрикнула горничная, после чего, всплеснув руками, метнулась куда-то и словно сквозь землю провалилась.

Тут Опалин, сунув руку в другой карман, убедился, что браунинг при нем — так, на всякий случай. Работа в угрозыске приучила его к тому, что если при вашем появлении пытаются скрыться, значит, дело нечисто.

А жизнь работника угрозыска устроена так, что достаточно одной ошибки, и ты труп. Которым, разумеется, Ванечке совершенно не хотелось стать — по крайней мере, раньше времени.

— Иди за мной и в случае чего — кричи погромче, — проинструктировал он свою спутницу. — Поняла?

— Поняла, — кивнула Маруся. — А что кричать-то? — забеспокоилась она.

Ванечка засопел и покосился на нее исподлобья.

— Ну там, «Караул» или «На помощь», — буркнул он, взявшись в кармане за рукоять браунинга.

 — Не нравится мне это место."

"Вдвоем они прошли через широченную прихожую (Маруся при этом топала, как слон, и поневоле Опалин начал злиться). В первой комнате, в которую они заглянули, никого не оказалось, если не считать холеного белого кота, дремавшего на кресле. Кот спал так сладко и безмятежно, что Ванечке аж захотелось оказаться на его месте. Но тут из соседней комнаты послышались взволнованные голоса, и Опалин двинулся на звук.