Люди мы резкие (повести)

Ласково пригревало солнышко, запах цветущей акации кружил голову не хуже дурман-травы, упитанные сизые голуби, важно разгуливавшие по пыльному асфальту, создавали уютное чувство незыблемого постоянства окружающего мира. Июльская лепота, короче.

Присел на скамью, закурил ""Стюардессу"". С недавних пор я перешел на эту марку, так как любимые ""Родопи"" почему-то стали сильно горчить. На болгарской табачной фабрике нагло мухлюют, видать, нарушая технологию, чтоб увеличить выпуск продукции. Законченные прохиндеи, короче. Хоть и иностранцы.

От белого ментовского авто ""наружки"" меня отделяло всего метров десять, не больше. Я, не скрываясь, исподлобья уставился на водителя ""жигуленка"", желая хоть чуток смутить нахального соглядатая и нанести ему легкий моральный урон. Менты ведь тоже люди как-никак, и далеко Не все из их легаво-краснопогонного племени ""обморожены"" до полного оборзения. Еще не успели особачиться до последней стадии то бишь.

Но я совершенно зазря так напрягался, метая глазами ""молнии"", – никакого положительного эффекта это не дало. Рыжий тип в штатском сиреневом прикиде, должно быть, умотавшись за бессонную ночь, банально кемарил, свесив отяжелевшую голову набок. Вот ведь хохма, в натуре!

Верный святому долгу каждого честного гражданина не позволять спать органам правопорядка при исполнении служебных обязанностей, я поднялся со скамьи и подошел к ""жигуленку"".

– Не спи – замерзнешь! – гаркнул, наклонившись к опущенному боковому окошку со стороны водителя.

Впрочем, как выяснилось, юморил я совсем некстати. Во-первых, голова рыжего субъекта и впрямь отяжелела, но в прямом смысле: от попадания пули крупного калибра – судя по объемно-круглой дырке на виске. А во-вторых, водитель уже и на самом деле успел изрядно ""замерзнуть"", как можно было легко понять по склеившимся от засохшей крови волосам с левой стороны черепа.

Совершенно машинально я стер с капота машины рукавом куртки свою пальчиковую ""визитную карточку"", чтоб не доставлять бедолажкам-дактилоскопистам лишней работы, и неспешно вернулся на родную скамейку у подъезда. Кажется, ни один мимопроходящий фраер внимания не обратил на мой ""визит вежливости"" к автомашине. И то вперед, как говорится.

Через минуту-другую подкатил ""мерс"" с Цыпой. Плюхнувшись на заднее сиденье, я дал волю своему праведному негодованию:

– Своевольничать вздумал?! Я же ясно вчера сказал – ""наружника"" пальцем не трогать! А ты ему вообще всю башку ""АПСом"" раскроил! Тем паче напротив моего дома."

"– Что случилось, Евген? – Цыпа повернул ко мне обеспокоенную мордаху. По его искренне-невинным глазенкам я моментально просек, что соратник в данном конкретном случае явно не при делах.

– Ладно, братишка, рули в ""Кент"". Там все досконально обсудим.